Для новорожденного Камня Линь Мин с его несравненно мощной жизненной силой был поистине замечательной едой!
«Линь Мин, будь осторожен!»
Когда Сяо Мосянь увидела, как последняя печать была отменена, цвет её лица изменился, и она чуть не потеряла голос, когда крикнула. В это время воля Камня Эмбриона Духовной Сущности достигла ужасающей степени. Даже Король Великого Мира мог бы разлететься на клочки! Несмотря на то, что Сяо Мосянь имела большую веру в способности Линь Мина, она все же запаниковала. Нынешняя ситуация выходила из-под их контроля! Такие Камни росли в течение многих лет. Даже с подавлением формирования массива Хозяина Дороги Асуры он достиг невероятно ужасной границы.
«Оу!»
В тот момент, когда печать была полностью уничтожена, Камень издал пронзительный визг. Его воля сформировала кровавый и зловещий меч, безумно набросившийся на гром и огонь, испускаемый Линь Мином.
Он хотел изменить ситуацию и захватить тело Линь Мина, превратив Линь Мина в своё временное тело и аватар.
Пуфф!
Линь Мин молча смотрел, как этот мерцающий красный меч пробивался сквозь точку между его бровей. Тело Линь Мина внезапно встряхнуло, и он отступил назад, его лицо побледнело.
«Линь Мин!» Сяо Мосянь закричала в тревоге. Она думала, что Линь Мин будет использовать какой-то козырь перед тем, как меч пронзит его, и подумать не могла, что Линь Мин ничего не сделает, разрешив мечу воли проникнуть в его духовное море!
Стоит упомянуть, что битва за его тело будет происходить в духовном море Линь Мина. Из-за масштабов битвы внутри, духовное море Линь Мина может серьезно пострадать.
Проведя решающую битву в духовном море Линь Мина, Камень Эмбриона Духовной Сущности, даже если бы был побежден, все равно мог бы убежать. Но если Линь Мин был бы побежден, он лишился бы тела.
Сяо Мосянь почувствовала, как ее сердце сжалось. Она могла только смотреть, как Линь Мин боролся изо всех сил в сотне футов от неё. В этот момент она ничего не могла сделать, пока Линь Мин сражался с Камнем Эмбриона Духовной Сущности в битве их воль; она даже не решилась переместить его тело.
«Что же задумал Линь Мин»… Сяо Мосянь почувствовала, как ее ладони становятся мокрыми от пота. Насколько бы силен не был Линь Мин, как он мог победить волю Камня Эмбриона Духовной Сущности, с которой не мог бы бороться даже Король Мира?
Время, казалось, остановилось. Линь Мин превратился в статую, совершенно неподвижную, как если бы он замерз.
Сяо Мосянь не ошиблась в своих предположениях. После миллиардов лет роста и с течением времени Камень Эмбриона Духовной Сущности развил собственный интеллект, даже под печатью Хозяина Дороги Асуры. Теперь он достиг точки, когда он мог захватить даже тело Короля Великого Мира.
В это время, в духовном море Линь Мина он сам был холоден, а его трансформированное тело воли плыло высоко в небесах.
И перед ним, всего в нескольких сотнях футов был призрак, сформированный из демонической силы. Его тело приобрело форму духа Божественного Зверя. Его лицо было ожесточенным и суровым, и все его существо испускало темную энергию.
Этот призрак демонической силы посмотрел на Линь Мина и заговорил.
«Я… действительно… должен поблагодарить тебя. Здесь… Я был запечатан… в течение многих лет… сегодня… Я, наконец, родился. Отныне… этот великий мир… мой, чтобы бродить… Я проглочу всех мастеров мира… и достигну непревзойденной истинной формы!»
Фантом демонической силы хрипел. Поскольку он никогда не говорил раньше, его голос был очень хриплым.
Фантом демонической силы увидел замешательство Линь Мина и улыбнулся. «В течение этих бесчисленных лет… множество люди умерло, пытаясь войти в формирование массива Божественных Зверей… они были поглощены массивов, и энергия их стала моим питанием. Что касается их разума, он тоже стал моим!»
Голос фантома был наполнен жестокостью и злобой. Казалось, что он сформирован из многочисленных личностей. Этот фантом демонической силы не имел собственной личности, он объединил личности всех мастеров, которых он поглотил.
«Понятно, вот значит как. Итак, ты духовная мудрость Камня Эмбриона Духовной Сущности, монстр, образованный путем проглатыванием душ бесчисленных других». Линь Мин ухмыльнулся, когда, наконец, все понял.
