Повернув страницу дневника Хитоми, он увидел рисунок, на котором был изображён парень с черными волосами, некоторые из которых неаккуратно торчали и смотрели в разные стороны.
Рядом с картинкой было написано:
«Это Двэйд. Он меня взял покататься в свой поезд. Да, бесплатно, пап. А я постараюсь за это спасти наши жизни. Он хороший, я верю в это. И что самое главное… я вижу его.»
Ниже были ещё пару серых и кривых букв, которые объединились в ещё одну запись: «Пусть я и не говорила, но я верю, что он поможет исполнить моё желание. Я увидела мир, поезда, птиц, людей, но я так и не увидела самого главного… Тебя, пап.»
Двэйда тронуло то, как она общалась с дневником, представляя, что пишет письма своему отцу, которого она ценит до сих пор.
Он задумался, почему Хитоми часто пишет про то, что она видит в этом мире. Задумавшись, он не нашел пока ответа на этот вопрос и с грустью вздохнул…
В вагоне появился чёрный силуэт мужчины с чемоданом. Двэйд моментально схватил автомат и сделал пару выстрелов, когда тот проходил мимо. Человек даже не обратил внимания, а пуля прошла сквозь него и ударилась в противоположную стену. Парнишку вновь уколола боль в теле от пуль, которые ударились в другой стороне его вагона.
Не успел мужчина выйти с вагона, как появилась девушка, идущая за ним. Двэйд не стрелял, но держал в руках маску и М4А1.
Навстречу им, в обратную сторону вагона, пошли такие же чёрные силуэты людей. Вот семья с детьми, за ними следовал подросток с портфелем. Людей становилось всё больше и больше. Они шли по вагону и скрывались за его пределами.
Двэйд заметил одну важную деталь. Лица этих людей были тоже чёрными и пустыми, в которых выделялись брови и губы в более тёмных тонах.
«Кто это? Хозяева поездов не могут выходить из поезда, а значит не могли оказаться тут, а посредники чувствуют боль. Если у того силача была броня, то эти люди не выглядели защищëнными или вооруженными чем — либо. И почему пули пролетели сквозь них и что они здесь вообще забыли?» — думал Двэйд, не понимая, что происходит вокруг него.
Один мужчина из толпы остановился и повернул на него чёрный силуэт своего пустого лица.
Тёмная линия на пустом лице в виде губ разошлась в улыбке. Полностью повернувшись уже к мальчишке у синего круга, он сел на сиденье напротив Двэйда, где недавно была Хитоми. Облокотившись на спинку, он сел подальше от окна, и потускневшие лучи солнца не могли достать до его тёмного силуэта своим ярким светом.
Посмотрев на книжку на коленях мальчишки, мужчина сказал:
«Она слепа. Каково это ощущать, что только умерев, ты можешь увидеть мир… Мир, в котором уже давно нет ярких красок.» — резко начал он.
Тут по спине Двэйда пробежали мурашки. Перед ним сидел он — Такаши Сато, отец Хитоми. Его силуэт повторял тот, который был на рисунках в дневнике.
«Как вы оказались тут? Где ваш поезд? Почему вы выглядите, как эти люди?» — указывая на толпу, спросил молодой «машинист» поезда.
На лице человека снова появилась улыбка и сразу же исчезла, как у той девочки со светящимися глазами, которая недавно сидела перед Двэйдом.
«Нет у меня никакого поезда, да и не понадобится он уже мне, — сказал он, взглянув на толпу. — А они, как и я, уже давно покинули тот реальный мир и этот, в который сложно поверить. Мы мертвы. Поздравляю тебя, ты доехал до Долины Мёртвых, пацан.» — воскликнул Такаши, закинув одну ногу на другую. Достав из кармана чёрный силуэт коробочки, он вынул оттуда такого же цвета сигарету, из которой разлетелся по воздуху сероватый дымок.
«Тут мы любим обитать. Мы те же самые посредники, но нас уже нет. Мы всего лишь тень, так называемые призраки, которые просто ходят куда — то по этому страшному миру. Кто — то умер тут, кто — то там, разве это имеет значение? Наше существование уже не имеет никакого смысла.» — проговорил силуэт мужчины, сделав ещё одну затяжку сигареты.
За окном поезда виднелась пустая земля, по которой ходили чёрные силуэты людей, а вдали стояла огромная статуя Анубиса с закрытыми глазами.
В тишине среди толпы силуэтов в вагоне послышались приближающиеся в дали шаги. Вот они ближе и ближе. Толпа уставилась на двери в вагоне, откуда доносился звук.
Быстро толкнув дверь, Хитоми показалась в вагоне, среди людей. Запыхавшись, она упиралась руками в колени, и хватала ртом воздух. Её лицо было всё в пыли, а на теле виднелись новые царапины.
«А вот и я!» — отдышавшись, проговорила она.
Двэйд, удерживая в руке дневник, вскочил моментально, не отпуская руки с круга и выкрикнул, указывая на силуэт мужчины:
«Хитоми, тут твой отец. Вот он! Он нашёл тебя! Смотри!»
Тут её словно окутал ужас. Еë глаза заблестели. Выхватив из его руки свой дневник, она дрожащим, но повышенным голосом выкрикнула в ответ: