Собраться было несложно. Добраться до улицы Павлова – намного сложнее. Я и так-то не знала, где она находится, а после десяти лет отсутствия – тем более!
Пришлось лезть в Интернет, искать карту – и озадаченно чесать в затылке. Уж если это не у черта на рогах, то где – у черта?!
Наверное, в каждом городе есть такие трущобы. Старые дома, где-то кирпичные, где-то деревянные, построенные еще в начале прошлого века, а то и раньше. Снести их муторно и дорого, потому что в каждом человек по пять прописано. Каждому отдельные метры предоставлять никаких бюджетных денег не хватит. То есть на это их хватит, а вот на новый «мерс» губернатору – уже нет. Так что перебьются люди. Поживут еще, потерпят! А газифицировать и обеспечивать водой – и вовсе незачем, сами справятся, если захотят. Поэтому газ из баллона, водопровод из колонок и сортир на заднем дворе. С таким ароматом, что мухи на лету дохнут. И у каждого домика свой приусадебный участок. Идеальное место для разных уродов. Твой дом – и делай в нем что хочешь!
Хоть уширяйся!
Пешком мы добрались бы туда минут за двадцать.
– Разомнемся? – предложил Тёрн.
Ага, его величество не предлагает, он командует. Уже через пять минут все стояли в спортивных костюмах у дверей. Эвин перекинулся в волка, решив, что так – лучше. Да мне и самой хотелось пробежаться. Я не любительница физкультуры, нет, но если дурная энергия бродит в… пятой точке, лучше ее спустить в ноги, пока не нашла приключений на точку брожения.
Пробежка заняла минут двадцать. Элвары добежали бы за десять, а то и меньше, но кружили рядом и посмеивались, Тёрн вообще обещал ввести нормативы по физподготовке для правящей семьи… юморист недобитый!
Таня ждала нас на углу Павлова и Красной. Стояла под фонарем, чтобы ее точно не пропустили, куталась в широкую куртку и вся дрожала.
Когда рядом с ней остановилась тесная компания из семи качков и собаки, она сначала шарахнулась. А потом признала меня, Лерга – и бросилась к несчастному парню на шею.
– Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо!!!
Бедняга чуть сквозь землю не провалился. Но вырваться не получалось. Его крепко держали за шею, зацеловывали со всех сторон и благодарили за все – и сразу. Лютик откровенно посмеивался. Реллон и Керрон перемигивались с ехидным выражением. Остальные просто ждали.
Но наконец восторги стихли – и Таня смогла говорить спокойно. Она вкратце изложила, что любимый и единственный наркоман находится вон в том кособоком строении. Что там может быть до десятка наркош. И что добровольного согласия на кодирование он не давал. Она боялась туда идти – одна.
Тёрн закатил глаза.
– Я правильно понял, сударыня? Вы хотите, чтобы мы пришли, достали вашего парня, закодировали, возможно, при его полном нежелании этого дела – и сдали вам на руки?
Таня замялась. А потом вздохнула.
– Я его люблю. Мне без него жизнь в радость не будет…
Я посмотрела на супруга. Действительно любит?
Тёрн покачал головой.
И взял командование в свои руки:
– Керрон, Винер – через окна, Реллон со мной через дверь. Выносим все и всех, кого найдем, оглушаем, складываем в кучки в садике. Потом девушка опознает свое сокровище – и его-то мы будим и лечим. Есть возражения?
