Молодой человек с детства жил с матерью, весьма скрытной женщиной. Она никогда не распространялась о его отце, хотя Лорис и задавал бесчисленные вопросы. Лишь однажды Мария Каучер обмолвилась, что отец предал их и бросил, когда Лорису едва исполнился год. Больше она никогда вновь не поднимала эту тему, а сын не настаивал, чувствуя, что это причиняет ей боль.
О своем прошлом Мария тоже не любила рассказывать, и Лорис знал лишь то, что они переехали в Сарану, потому что мать переживала из-за его дара, и надеялась, что здесь ее сын станет своим среди множества магов.
Сама Мария магией не владела и говорила, что Лорис первый волшебник в их роду, и он верил. Понял, что мать что-то умалчивает только, когда повзрослел и узнал, что дар ниоткуда не появляется, и всегда передается по наследству.
Но к тому времени задавать вопросы было некому. В Саране разразилась печально известная красная лихорадка, и Мария умерла за три дня до четырнадцатого дня рождения сына. И Лорис остался один. В Саране заботились о сиротах, и он попал в детский дом, где и вырос.
Оставалось лишь узнать внешние данные Марии, и тогда можно с уверенностью говорить о стопроцентном попадании.
- Ты хорошо ее помнишь? - участливо спросил Джоф, свою собственную мать он никогда не видел, она умерла при родах.
- Конечно же, я ее помню. Память мага гораздо лучше, чем у обычного человека, - ответил Лорис, своим тоном явно давая понять, что это элементарные вещи, известные каждому.
Джоф пожал плечами, мол, он не из Сараны, ему простительно.
- И какая она была?
Лорис нахмурился, не понимая, с чего такая настырность, но потом расслабился, не найдя в глазах юноши ничего, кроме любопытства. В конце концов, ему ведь действительно было любопытно, на самом ли деле Каучер тот самый человек, из-за поисков которого ему пришлось позволить себя арестовать и посадить на цепь.
- Она была красивая, - сказал Лорис, - у нее были чудесные золотистые волосы и ямочки на щеках, когда смеялась.
"Блондинка! Точное попадание! Прямо в яблочко".
Их разговор прервался из-за раздавшихся голосов и шагов сразу нескольких людей.
Через пару секунд в поле зрения появились трое: двое стражников и высокий молодой человек в черном развивающимся плаще.
"Гэбриэл, я тебя обожаю!"
Гэбриэл указал на Джофа.
- Вот этот, - сказал он стражникам и выжидающе уставился на юношу.
- И этот! - спохватился Генти, поняв, какой подсказки от него ждут.
Гэбриэл ухмыльнулся.
- Молодец, Джоф, я же говорил, все будет хорошо.
Юноша чуть не растекся лужицей от этой похвалы, радость испортил Лорис, ледяным голосом потребовавший:
- Что здесь происходит?
Гэбриэл повернулся к нему и протянул руку:
- Меня зовут Гэбриэл Хортон, и я пришел сюда за вами по поручению короля Галима.
Лорис с сомнением посмотрел на протянутую руку, видимо не веря, что кто-то собирается обменяться с ним рукопожатием после недельного пребывания в этой грязи.
- А почему бы и нет, - пробормотал он и все же пожал руку в ответ.
Лорис Каучер понравился Гэбриэлу с первого взгляда. Упрямое лицо, прямой взгляд. И вел Лорис себя соответствующе. Гэбриэл не сдержал ухмылки, когда едва освобожденный из места лишения свободы Каучер, вместо того, чтобы целовать ноги своему спасителю, потребовал ванну, туалетные принадлежности и чистую одежду прежде, чем что-либо обсуждать. Совсем как он сам во дворе в Алаиде.
Галим даже растерялся от такой наглости, но под напором Гэбриэла отступил и сдался, согласившись на все условия.
Лорис одарил Гэбриэла настороженным взглядом, короля - неприязненным, и позволил стражникам себя увести.
В кабинете короля остались сам хозяин резиденции, Гэбриэл и Джоф.
- Мне бы самому помыться, - робко подал голос Генти. - Я пробыл там полдня, но провонялся на год вперед.
Галим хмыкнул, бросив на него быстрый взгляд, а потом устремил его на Гэбриэла:
- Это ты так действуешь на людей, что они наглеют и не выказывают никакого почтения в присутствии короля?
Но в его голосе не было ни злости, ни раздражения, только усмешка.
Гэбриэл развел руками.
- Я всего лишь настаиваю на том, что вы, короли, тоже люди.
- Ну-ну, - отозвался Галим. - Ладно, проводи своего друга, слуги покажут комнату. Поговорим, когда все будут готовы, - он все же сморщил нос, почувствовав аромат, исходящий от Джофа. - Пожалуй, помыться неплохая идея, - признал король.
Гэбриэл усмехнулся, шутливо отдал честь и потащил Генти за собой.
- Как тебе это удается? - восхищенно спросил Джоф, когда они покинули кабинет.
- Что именно? - не понял Гэбриэл.
- Ну, то, - юноша сделал большие глаза. - Ты уже перетащил короля на свою сторону.
- Ах, это, - отмахнулся Гэбриэл. - Король и был на этой стороне, это я встал на его. Ты вот что лучше скажи, что ты узнал про Лориса?
На лицо Джофа полезла улыбка, он выпятил грудь колесом, явно сгорая от гордости.
- Он тот самый! - с уверенностью заявил юноша.
Гэбриэл прищурился:
- Уверен?
- У его матери были светлые волосы, она не любила распространяться о прошлом и говорила, что отец Лориса их предал. Это совершенно точно она!
Гэбриэл улыбнулся. Что ж, дела идут на лад.
