Мы заходим в лоб, но с тыла, если так можно выразиться. То есть подплываем к острову в середине дня, не скрываясь, но со стороны, противоположной причалу, если это название подходит двум большим камням на берегу. Картина, открывшаяся нам, мягко говоря, безрадостна. Возле причала болтается кораблик, со сваленными на нем телами. Обычный такой кораблик, одномачтовый, и вся палуба в трупах, сложенных кучкой.
Сам островок тоже усеян трупами, а из развалин здания поднимается жирный и густой дым, как будто там внизу жгут покрышки и смеются. Да-да, над островом и водой разносится хохот, сопровождающийся криком.
-- Умри, еретик!
Среди трупов бродит высокий, крепко сбитый мужик в огромном черном плаще с красными облаками на фоне.
-- Акацуки, - шепчет Джирайя, - это их форма.
-- Акацуки? - переспрашивает Шизуне.
Мужик поворачивает голову, ха, да на нем маска, больше, чем у Какаши и очки! Кричит.
-- Хидан! Хватит развлекаться! Иди, помоги грузить тела!
-- Ой-ой, Какудзу! - доносится из развалин. - Ты мешаешь ритуалу! Это святотатство!
-- Давай быстрее! - голос высокого глух и спокоен. - Я не собираюсь в одиночку таскать эти тела!
-- Ладно, ладно.
Из развалин выходит второй, тоже высокий, обнаженный по пояс, с трехлезвийной косой на плече. Обнажен он потому, что плащ Акацуки разорван. Молодой парень, слишком молодой, фактически едва старше меня.
-- Культист Джашина, - бормочет Джирайя.
Мы уже высадились и, укрывшись за прибрежной скалой, наблюдаем.
-- Разве их не уничтожили после третьей мировой? - уточняет Хидеки.
-- Видишь знак на груди? - показывает головой Джирайя. - Это символ Джашина.
Круг, в который вписан треугольник острием вниз? Чем-то напоминает Дары Смерти, правда там было наоборот, круг в треугольнике. И что нам теперь делать с этими двумя товарищами?
-- Бери этих и неси на корабль, - приказывает Какудзу, подхватывая двоих.
Хидан морщит нос, но все же вешает косу за спину и тоже подхватывает два трупа из кучи, сложенной отдельно.
-- Эй, Какудзу, а чем эти еретики лучше других?
-- За их тела дают больше денег, - не поворачиваясь, отвечает Какудзу, все также глухо и спокойно.
Понятно, откуда на корабле гора тел, эти двое натаскали. Интересно, откуда вообще на острове столько народа, если здесь было убежище? Или это беженцы, которые обнаружили базу Орочимару и спрятались в ней от гражданской войны в Тумане? Но Акацуки тогда здесь при чем?
-- Проверим их способности, - спокойно заявляет Джирайя, - когда еще представится такой шанс? Действуем по схеме три!
Мы укрыты прибрежными скалами, но после слов Джирайи один из Акацуки настораживается. Тот, который высокий, в очках и маске, он же Какудзу. Спокойно и аккуратно кладет трупы на землю и кричит.
-- Выходите!
Ну вот, нас засекли, хотя мы и не скрывались особо. Схема три - набросить невидимость, телепорт на одну из скал. Буду выступать наблюдателем и козырем в рукаве. Главное заклинания громко не кричать, и не пытаться напасть на врагов в лоб. Это задача Джирайи и тройки АНБУ, сейчас выходящих из-за скал. Шизуне на подтанцовке сзади, следит и лечит. Хидеки, Мамору и Камидзу встают в линию, за спиной Джирайи, и готовы атаковать или защищаться, в зависимости от ситуации.
Попутно своей линией они прикрывают Шизуне, которая достает два свитка.
Мои приготовления на скальной площадке тоже занимают некоторое время, но ничего страшного. По местному этикету, следует перед нападением представиться и рассказать о своих высоких или низках мотивах. Попутно, как мне когда-то объяснил Джирайя, противники оценивают друг друга и строят тактику и стратегию боя. Закрытые плащи до самых ног не позволяют оценить телосложение Какудзу, но раз он в плаще Акацуки, то крут и могуч.
Такие плащи носит только их верхушка, шиноби S-класса.
Зато Хидан прямо нараспашку, и сейчас усмехается, закинув косу на плечо. Странное оружие и подразумевает нестандартность тактик и боевых умений. На ногах у Акацуки классическая обувь: сандалии с открытым носом и пяткой, на мягкой подошве. У анбушников такие же сандалеты, а чтобы не сваливались, от штанов идет петля, пропускаемая под подошву. Форма обуви обусловлена тем, что шиноби необходимо выпускать чакру из ног, чтобы ускоряться и бегать по разным поверхностям. Также там еще с подошвой какая-то хитрость, тоже направленная на то, чтобы из ступней чакра шла равномерно, это залог успешного хождения по воде и стенам, и прочих трюков. Конечно, усиленный сталью носок ботинка позволяет совершить хороший пинок, но шиноби справляются и голыми ногами. Да и руками, вспомнить хотя бы удары Цунаде.
Пока я достаю дерево и заготовки под големов из подсумка, а также пью дополнительно разгоняющее зелье, внизу завязывается разговор. Хидан, оскалившись, громко спрашивает.
-- Эй, Какудзу, можно я их всех убью?!
-- Ты не сможешь, - глухо отвечает тот.
