Через день выбираемся с ней развлечься, да каждый день напряженно тружусь вместе с Цунаде на ниве зарабатывания денег. Быт устоялся, занятия идут фоном, дописываю последние крохи знаний по магии, которые приходится выжимать уже при помощи Омута. Как говорится, дела идут, контора пишет, учеба двигается вперед по заданному курсу, хоть и медленнее, чем планировалось. И я туговато осваиваю, и время сократилось, из-за главного и основного дела, перед которым меркнет все остальное.
Перевоспитание Цунаде.
Понимая всю грандиозность стоящей передо мной задачи, ощущая, что стою перед морем с кружкой, планируя вычерпать оное, все же взялся. Во-первых, пример Шизуне доказывает, что в этом направлении можно работать и сделано немало, за что Шизуне стоит поставить памятник. Во-вторых, сидеть и ждать чуда, пока Цунаде опомнится и устыдится, можно годами. То есть, перефразируя классику: "мы не можем сидеть и ждать милости от шиноби, добыть их умом -- наша задача!" И в-третьих, мне и самому хочется лучше понять Цунаде. Что, как не попытка перевоспитания с исправлением, лучше всего подходит для понимания?
Влезть в шкуру другого человека, понять, что им движет, чего он хочет, к чему стремится и так далее.
Желание понять, ко всему прочему, еще упиралось и в Шизуне, с коей довольно тесно сошлись. Умная, взрослая женщина, зацикленная на Цунаде, скромница в черном кимоно и суровая куноичи, если наставница в опасности. Не могу сказать, что мозги окончательно встают на место, но лето рядом с Шизуне дает мне больше в плане лечения больной головы, чем все предыдущие четыре года.
Поэтому и еще по ряду факторов, я прибегаю к очередному трюку-самообману.
Объявляю мысленно Шизуне дамой сердца, устанавливая границу: платоническое обожание издалека. Самые очевидные смыслы этого, помимо душевного спокойствия - противодействие возможным соблазнам и повышение мотивации. В любой ситуации с голыми девкам достаточно вспомнить Шизуне и мысленно сказать, что занят. Когда женщина за спиной, мужчина способен свернуть ради нее горы, и это не красивые слова, а факты из жизни. Ну а у меня двойной бонус, если считать оставшуюся дома жену. По большому счету глупости, конечно, но персонально для меня такие уловки работают, и этого достаточно.
Соответственно, необходимо изучить и Цунаде, раз та занимает столько места в жизни Шизуне. Простейшая цепочка, одно цепляется за другое, и пошло-поехало. Из меня тот еще психолог, но внезапно наносят удар два фактора. Цунаде видит во мне девушку, но не шиноби, это раз. Совместные игры в казино каждый день, это два. Не знаю, как называется этот эффект, когда так и тянет все рассказать постороннему человеку, но, в общем, что-то вроде этого эффекта имело место. Конечно, Цунаде не вываливает информацию, не плачется в плечо, как Шизуне, но все же ослабляет свою защиту.
В защите появляется трещина и оттуда начинает капать информация.
Итак, как уже говорилось, к азартным играм Цунаде приобщилась в детском возрасте, с подачи дедушки Хаширамы. Тот, как и все деды, души не чаял во внучке, потакал ей, но это было еще не сильно страшно. В конце концов, пока "малышка Цу" училась в Академии, работала в команде с Джирайей и Орочимару, воевала и ходила на миссии, она не слишком предавалась пороку или вообще не играла. Чересчур азартным людям, таким как я или Цунаде, вообще нельзя играть, по большому счету. Входишь в раж, и готов уже квартиру на кон поставить, образно говоря. Поэтому я не играл на Земле, а когда ходил уже в местное казино, всегда напоминал себе, что это на операцию и сохранял голову холодной.
В общем, останься все по-прежнему, Цунаде, наверное, изредка играла бы, для развлечения, и все. Но, после событий почти тридцатилетней давности, закончившихся ее уходом из Конохи, Цунаде сорвалась. То, что начиналось, как желание забыться и отвлечься, оказалось чересчур эффективно. Уходя в игру с головой, Цунаде не думала о проблемах, о прошлом, о тех, кого потеряла. Как наркоман, она стала прибегать к играм все чаще и чаще, пока окончательно не подсела на иглу азарта. В любом другом случае постоянные проигрыши остановили бы ее, но так как Цунаде играла, чтобы забыться, марафон продолжался. Со временем, средство начало терять силу, и тогда Цунаде усилила воздействие алкоголем. Как уже говорил, весь парадокс в том, что она не хотела забывать, в глобальном смысле, но при этом каждый или почти каждый день глушила душевную боль играми и выпивкой.
Потом, когда деньги клана Сенджу закончились, Цунаде продала все земли в Конохе. Учитель, он же Третий Хокаге, и напарник Джирайя, тщетно отговаривали Цунаде от такого шага. Она их просто послала нахрен и пригрозила, что продаст земли первому же, кто заплатит. После чего еще раз послала всех нахрен и скрылась, восстановив контакт с Конохой уже сильно позже, под влиянием Шизуне. Тогда же она вернулась к медицине, ради денег, и тут же добавилась еще боль, связанная с гемофобией, напоминавшей о событиях, при которых Цунаде оную гемофобию заработала.
