– Ваши часы показывают не правильное время, – наконец сказала она. Сон уже вылетел из её головы. – Не бывает сто сорок часов, тридцать минут и восемьдесят три секунды.
Лован взглянул на экран и почему-то вдруг покраснел, словно нашкодивший мальчишка.
– Ах, это… Ну-у… это и не часы вовсе. Это… м-м-м… пульсометр.
– Что, простите? – не поняла Мелин.
– Пульсометр. Он отмеряет удары моего сердца. Глупость, конечно. Но мне он помогает вести правильный и размеренный образ жизни. Ведь сердце человека… м-м-м… в разных ситуациях бьется по-разному. В состоянии покоя оно бьется гораздо медленнее, чем во время стресса. В конце дня, пульсометр подсчитывает общее количество ударов; вычитает его из среднего количества, положенного человеку в состоянии покоя, и сообщает мне, где и когда, я переволновался или перерасслабился. Это помогает мне избежать инфаркта, и других неприятных моментов.
Фло слушал Лована лишь краем уха. Взгляд на пульсометр, заставил его вспомнить об одной важной вещи, про которую ребята совсем позабыли. Он отстегнул от пояса коричневую коробочку и взглянул на черную линзу.
Стишок о том, что на помощь им с минуты на минуту должен прийти замок, исчез. Теперь, вместо него, там плавала другая надпись.
Фло легонько толкнул Шака локтем и сказал:
– Новое сообщение.
Шак беззвучно шевелил губами, пока читал это произведение, и с каждой строкой взгляд у него становился все задумчивее и задумчивее. Лован продолжал увлеченно рассказывать Мелин об особенностях сердцебиения человека в стрессовых ситуациях. Но мальчики не слышали его.
– Ну, и что ты думаешь? – спросил Фло некоторое время спустя. Сам он ничего понять не мог, хотя и понимал, что все в этом стишке было написано предельно ясно.
– Ну, что я могу сказать? – пожал плечами Шак. – Стихотворение это гораздо лучше, чем те, прошлые. Видимо, у того, кто его написал, проснулось вдохновение. Я бы даже сказал, что в нем чувствуется какой то скрытый философский смысл… А если говорить серьезно: поживем – увидим. Гадать бессмысленно.
В замке Лована время летело стремительно быстро. Оказалось, что здесь было вовсе и не так скучно, как показалось мальчикам в первый день. Фло, например, совершенно неожиданно для себя, открыл новый удивительный мир. Мир книг, который раньше он практически не знал. Здесь, в замке, он понял, что это было одним из самых больших упущений в его жизни. Он не переставал удивляться тому, как такое небольшое количество букв, которых в гелионском языке всего-то было тридцать пять штук, умудрялись переплетаться в миллионы красивых (и не очень) слов. Как эти слова изустно составляются в предложения, повествующие об поразительных приключениях, захватывающих дух, и заставляющих позабыть обо всем на свете. Все авторы, написавшие эти истории, казались Фло могучими волшебниками. Ведь они были способны поместить в этот небольшой прямоугольный предмет целые фантастические миры, прикрыв их сверху расписными обложками. И стоило только эту обложку открыть, как на тебя, словно наводнение в долине Пасти Дьявола, накатывали тысячи сюжетов, подхватывая стремительным потоком замысловатой игры слов, и с головой засасывая водоворотом удивительного нового мира. И так же, как и в наводнении, в них можно было утонуть безвозвратно.
Порой случалось так, что все четверо – Фло, Шак, Мелин и Лован, часами просиживали за столом в обеденном зале, без остатка погрузившись в чтение книг, и время от времени, попивая давно остывший чай. Хотя, зачастую, хозяин замка отдавал предпочтение напиткам покрепче.
Один раз, на третий день пребывания путников в замке, Лован материализовал несколько привидений, и устроил грандиозный матч по игре в "попслер".
"Попслер" – это командная игра, как две капли воды похожая на футбол. Тот же мяч, те же ворота. Но единственное, и главное её отличие было в том, что мяч приходилось гонять не по чистому полю, а в лабиринте. И для этой цели, как нельзя лучше, подходил банкетный зал. Между стеллажами, беспорядочно наставленными здесь, можно было просто заблудиться. А чтоб игра стала еще более увлекательной, Лован сделал так, что стеллажи время от времени меняли свое местоположение, тем самым постоянно изменяя структуру лабиринта.
Набрав себе в команды по несколько привидений, Фло с Шаком от души порезвились, гоняя мяч между бесконечными рядами стеллажей. То тут, то там слышались крики игроков:
– Беги на право! Там выход.
– Меня чуть шкафом не придавило!
– Дай пас! Дай пас! Я здесь, за стеллажами с научной литературой!
– Да тут все стеллажи с научной литературой!
