Выбор действительно был большой. Я сразу отмел рации со всякими наворотами типа джи-пи-эс, автомобильной гарнитурой и зарядкой от прикуривателя. Стационарные «СиБишки», подумав, тоже решил не брать – нам и так на себе столько всего тащить, и предпочтение отдалось небольшим УКВ-рациям типа «говори-слушай» с дальностью действия около десяти километров. Правда, повздыхав, покупку пришлось отменить – не хватило денег. Но по дороге домой я твердо решил забрать рации в Аллурию. Вместе с наручными компасами, часами и прочей хренью, привычной для нас и очень нужной «за кордоном».
Вечером, дождавшись ребят, поехали «на дело». В магнитоле, поднимая настроение, «зажигал» Боб Марли, весело подмигивали поворотниками проезжающие мимо машины, и душу грело чувство, что все будет «зашибись». Демос, уловив мелодию, начал тихо подвывать что-то невразумительное, и даже ни разу не спросил, что за магия позволила посадить целую труппу бродячих музыкантов в такой маленький ящик. Меломан, ептыть!
Снова оставив машину за перекрестком, чтобы лишний раз не светить Толяна, мы с Серегой, как «организаторы преступления», снова вдвоем отправились в ломбард. Драгоценности для удобства сложили в непрозрачный целлофановый пакет. Демос как представитель хоть и иномировой, но «спецуры», остался прикрывать пути отхода, пообещав не попадаться на глаза милиции.
Нас уже ждали. Кроме директора, в кабинете было трое внимательно смотревших на нас людей и несколько охранников. Я удивился – насколько мне известно, в такие дела посторонних обычно не вмешивают, но, приглядевшись, заметил, что каждый из них держал в руках небольшой кейс. Наверное, деньги, и с запасом, поэтому и охрана. Ну, что ж..
Серега, внешне расслабившись, вытряс содержимое пакета на стол. На лицах сидящих напротив людей ничего не отобразилось, и я на всякий случай сплел «звуковой взрыв» небольшой мощности, защитив себя и друга экраном. Небольшое мысленное усилие – и оглушенные покупатели позволят беспрепятственно выйти отсюда со всем добром. Меня подмывало так и сделать, но это уже было бы настоящее преступление, и я сдержался. «Совесть – лучший контролер!» - старый советский лозунг подействовал и на этот раз. Через десяток секунд клиенты начали приходить в себя и молча, с лупами стали рассматривать изделия, иногда тихо переговариваясь между собой. Мы молча ждали, развалившись в креслах. Секретарша принесла нам кофе, который, тем не менее, пить мы не стали – во-первых, я не пью кофе, а во-вторых, мало ли что они туда насыпали? Становиться беспомощным кроликом мне не хотелось, и я знаками начал показывать директору, что неплохо было бы поторопиться, и наконец осмотр был закончен.
- Я не буду спрашивать, где вы это взяли, - сказал один из них, - но в моей коллекции нет ни одного экземпляра, хотя бы близко похожего на то, что я вижу сейчас. Я, естественно, проверил оставленные вами образцы по всем своим каналам – криминала в них нет, кроме этой нашей сделки. И, учитывая некоторые обстоятельства, могу предложить вам…
После этой фразы мы потеряли еще двадцать минут, торгуясь. Торговался, в принципе, Серега, я же просто сидел со скучающим видом, рассматривая охранников. Их, наверное, из роты почетного караула набрали – хоть бы один шелохнулся, стоят, как статуи. И, наверняка, стреляют хорошо…
Во мне проснулись старые страхи, но тут торговля закончилась, и чемоданчики перекочевали к Сереге. Проверив купюры на подлинность, мы раскланялись и пошли к выходу. Я для надежности накрыл нас куполом, но в спину никто не стрелял, и я даже расстроился – никаких нападений, перестрелок. Что, так прямо и отпустят?
Парни явно вздохнули с облегчением, увидев, как мы подходим к машине. Демос отчитался, что никто к машине не подходил, за нами не наблюдал, и вообще на улице никого не было.
- Только стражники подъезжали, - поведал напарник. – Проверили у Толяна грамоты, он им денег дал, и все.
- За что это? – возмутился я. – Здесь же стоянка не запрещена!
- Ладно, проехали, - сказал Серега, залезая внутрь. – Нам еще домой через весь город пилить, а время уже не детское. Заводи!
Тихо урча двигателем, «мерин» развернулся и помчался по ночному Минску. А через некоторое время Толян начал нервничать, поглядывая в зеркало заднего вида.
- В общем, машина за нами, - наконец сказал он. – Бежевая «копейка», третья сзади. Оторваться?
- Не надо гонок. Зарули, где поспокойней, и сбавь скорость, - сказал я. Толян показал левый поворот, перестроился и на повороте вильнул в сторону. «Жигуль» увязался за нами.
- Держи постоянную скорость, - предупредил я водилу. – Сосредоточиться надо!
Толян покосился, но скорость выровнял, а я развернулся назад, прикрыл глаза … Со стороны преследователей раздался счетверенный хлопок и машину юзом вынесло на обочину.
- Все, оторвались, - усмехнулся я. – Едем домой.
- Ну, а теперь рассказывай, - кивнул Толян, подрулив к подъезду. – И про клад, и про того, кого мы ищем, и про то, как ты машину ту остановил. Все рассказывай.
