— Она ожидает вас, — техник, оказавшись, наконец, в относительной безопасности родной лаборатории, ничуть не утратил своей замкнутой отчужденности. Его голос звучал с механической отстраненностью, взгляд прятался под опущенными ресницами. — Следуйте, пожалуйста, за мной, лейн Александер.
— Вот уж нет, — Безымянный внезапно, обретя чуть ли не мальчишескую лёгкость и задор, встал посреди коридора и отрицательно покачал головой. Черти и Дьяволы! Ни с того ни с сего он решился испытать терпение техников, а заодно и позлить Ви`атела, отомстить ему за вчерашнее исчезновение. — Сначала я должен привести себя в порядок и поесть! И, если кто-то там ожидает меня — его проблемы, подождет.
Молодой техник приоткрыл рот, явно намереваясь возразить собеседнику, но довольно быстро передумал. Встряхнув головой, он чуть заметно пожал плечами.
— Как пожелаете, — Ви`ател отлепился от стены и, повернувшись спиной к человеку, направился прочь. На ходу он обернулся и бесстрастно проговорил: — Я провожу вас в ванные помещения и столовую…
— Вот они, видишь? Я же говорил что они просто огромные! — Ноби, раздувшись от осознания собственной правоты, плёлся вслед за Безымянным, пробирающимся сквозь переплетение паутины. Липкие волокна сетей перегораживали всё пространство шахты воздуховода, они наслаивались друг на друга, соединялись под самыми невероятными углами; повсюду на них виднелись коконы и крошечные, высосанные подчистую тельца мух и других насекомых.
— Ну да, конечно, прямо людоеды, — человек с размаху стукнул себя по лбу, размазывая крохотного паучка, прилипшего к коже. — И как это ты только умудрился пробраться так далеко через всех этих монстров?
Ноби проигнорировал эти слова и продолжил вовсю расхваливать собственную отвагу и сообразительность — впрочем, Безымянный другого и не ожидал. Да и не прислушивался он особо к трепу приятеля, занятый изучением пути. Он всё ждал, что дорогу ему преградят ловушки, сигнализационные системы, ну, или, в крайнем случае — старый обвал. Но ничего подобного не встречалось. Дорога была чиста, если так можно сказать об узкой и низкой — только-только на четвереньках протиснуться — и весьма грязной трубе, под небольшим углом уводящей вниз.
