– Согласна, – сказала я развернувшись. Того снова скрутило и его вырвало. Применив ментальную атаку, я выбила его из сознания.
Солдаты зашевелились. Тут в проходе появился взвод солдат, с двух сторон и ошейники вновь за пульсировали разрядами.
– Отключаемся, – сказала я мысленно дочке.
И мы обе упали. К нам подбежал солдат.
– Похоже обеих вырубило, у второй пульс редкий сообщил он тронув шею.
– Ладно в карцер обеих. И за этой наблюдать, если ухудшится мигом в сан часть, – сказал подошедший командир.
– А как с начальником? – спросил солдат зашедший в кабинет.
Командир зашел и нажав пару клавиш подошел к упавшему.
– Бегом в сан часть, что-то с ним не так, – сказал он. – Что произошло? – обратился он к солдатам.
– Мы незнаем, услышали шум вот и прибежали, а они нас и вот, – сказал один.
Нас вынесли и уже скоро я очутилась в холодном, не большом помещении, руки и ноги пристегнули к наручникам и вышли.
Холод не чувствовался, хотя было не больше пяти градусов.
– Люти ты как? – спросила я.
– В порядке, думаю нас сюда не надолго.
– Как знать, – сказала я и положив голову на руку и уснув.
Капитан.
Начальник в себя пришёл лишь только к вечеру, что случилось он почти не помнил, помнил только что предложил женщинам, не очень пристойное дело в их понимании.
– Вы лежали в собственном завтраке, – сказал капитан, сидя рядом на стуле.
– Вот не помню, а где те две красотки? – спросил он.
– В карцере, они напали на солдат и с вами наверняка их работа.
– Вот,… Когда очнутся, проводите их в общую залу и возьмите самых отпетых негодяев, пусть объяснят им что и по чем.
– Будет сделано, – сказал капитан, он уже знал что грозит эльфийкам и был не в восторге от начальства.
Люти.
Отдохнув, я открыла глаза, уже очень скоро. За нами пришли. Отцепив нас, мы поплелись было в камеру, но нас повели не туда, двери распахнулись и мы оказались в большом зале, тут было около двадцати бойцов.
Нас грубо пихнули внутрь, на прощанье сказав развлекайтесь.
– Это вы нам, – спросила Ую и ошейники включились, мы как и должно быть упали, те ещё какое-то время поработали и перестали.
Как только первый подошел к нам. Ую мгновенно оказалась на ногах, я же тоже с места прыгнула на одного из озлобленных рож.
Тут же нанеся удар ногой прямо в челюсть, всаживая крупицу силы.
Не для кого не секрет зачем нас сюда отправили, похоже начальник решил перевоспитать нас, ну ничего, посмотрим кто кого.
Ую.
Когда нас толкнули, и подпитали энергией, я поняла что можно повеселится на славу. Вытянув всю энергию из ошейника, я встала на ноги. Облизнув губы я выдвинула клыки. Первого нападающего я перепрыгнула и ударила с разворота в голову коленом. Противник отлетел на метра три и рухнул на один из диванов.
Сделав нижнюю вертушку, я уронила второго и припечатала локтем его шею.
Люти уже вовсю развлекалась, нанося быстрые точные удары, роняя одного за другим. На ее щиту уже было четверо. Это было и понятно, она единоборствами занималась с малолетства и была боевым монахом. Я же только не много знала из её приемов и как раз их и отрабатывала, не имя возможности использовать свои клинки. Приходилось работать руками и ногами.
Рванув в перед я увернулась, от удара руки и схватив руку противника вывернула её в другую сторону, послышался хруст и треск костей, а человек взвыл. Удар локтем в затылок и вой прекратился. Отклонив удар руки, я врезала коленом под подбородок четвертому. Человек как есть подлетел и упал с переломанной шеей.
К Люти подбежал боец почти в плотную, но удар ноги в живот и он согнулся по палам. Потом удар другой ноги коленом в голову и брызги крови хлестнули в стороны. Тут кровь забурлила, схватив первого попавшегося, я впилась в шею клыками. Чуть отпив я забрала чуть силы и жизни. Потом второго третьего…
Сколько их было не знаю, но остановила меня Люти. Вырвав уже дражайшую тушку. Из моих цепких рук.
– Мам очнись, – сказала она встав между нами, тут я поняла что сорвалась в который раз.
Осмотревшись вокруг, я увидела как зал наполняется солдатами. Вокруг валялись тела в разных позах, но к счастью все целые, видать все таки разум преобладал и я не стала превращать противников в пепел или мумий. Осмотревшись я заметила, что некоторые еще живы, хоть и тяжело ранены.
Из рядов солдат вышел офицер.
Лин.
Уже возвращаясь вечером из рудников я почувствовал дикую ярость любимой, пробиться не удавалось очень долго, она была сама не своя. Но к радости она была жива и цела, как и дочь, они неплохо по куролесили. Тут 17 из 20 самых крутых бойцов мужской половины, уже были мертвецами, еще трое оказались в реанимации, им выправляли кости. И латали как могли, но все понимали что они уже не долго проживут на этом свете.
Ую сняла блок только после того как оказалась в холоде, она все рассказала, каясь что не сдержалась. Я её успокаивал как мог, говоря приятные слова. Но все равно чувствовал её расстройство.
– Похоже это была не самая удачная идея, – наконец сказал я.
– Согласна, надо было еще в военном корабле сбежать, собственно ни чего бы не изменилось, – сказала она печально.
