— И что вам ваш брат говорит? Моего мужа отпустят?
— Нет. Ему предъявлены слишком серьёзные обвинения.
— Кем?
— Пока никем, он сам признался, что убил вашего отца, королевского поглотителя, и трёх служащих его величества.
— А он признался в том, что защищал меня и детей? Что нас всех убили бы?
— Брат считает, что это всего лишь оправдания — и не более!
— Что значит «не более»?
— Генерал не имел права вмешиваться в ваш договор с лэром Барути. Это вы во всем виноваты, а судят Больдо!
— Вы идиот, как и ваш брат, если не хуже!
— А вы — бесчестная женщина!
— Я жена, желающая спасти мужа!
— Вы даже не послали прошение о разрешении навестить его!
— Вы что думаете, у меня есть опыт, что надо делать, когда близкий человек посажен в тюрьму?
Оба молчали и кидали друг на друга гневные взгляды. Злата напомнила себе, что она старше и умнее.
— Вы правда хотите помочь моему мужу?
— Мы с ребятами были у него на практике и ненавидели его. Но не поверите, вернулись в столицу и… первые дни мы были счастливы, а потом такая тоска накатила! Все наши разговоры с друзьями о том, как проходила служба на границе. Мы даже не догадывались, как интересна и насыщенна была наша жизнь! А сейчас всё время занято тем, что мы отвечаем на вопросы старых маразматиков о том, как сумели заставить многоножку лететь, и не привиделось ли всё нам.
— Имрус с гордостью упоминал о вас, — по-доброму улыбнулась Злата.
— Вы странная.
Она пожала плечами и, чуть наклонившись вперёд, увлечённо заговорила:
— Знаете, я пытаюсь создать нашему генералу новый имидж.
— Что? Простите, я не понял.
— На каком-то старом языке это означает искусственно созданный образ.
— Но зачем?
— Затем! Как вы не понимаете? Никому не интересны детали случившегося, а если не разбираться в деле Имруса, то всё выглядит ужасно. Стоит обществу услышать правду без тонкостей и пояснений, то я даже не представляю, как спасти мужа.
— Я не понимаю, о каких тонкостях вы говорите!
— Начнём с того, что лэр Барути крайне непорядочно воспользовался ситуацией и вынудил моё согласие на магический договор.
— Кровный.
— Нет, магический, лэр Андор! Далее, поглотитель ловко ранил меня, чтобы получить капельку крови и сумел провести иной договор. Согласитесь, это можно было бы попробовать оспорить. Услуга опустошения артефакта не стоит того, чтобы расплачиваться телом или даром.
— Но он не мог не озвучить условия, и вы в любом случае сказали: «Да»!
— А вы только что при всех не пытались вынудить меня сделать то, что вам было надо?
Лэр смутился, вспомнив, как сжимал девушке запястье, намеренно делая больно.
— Барути действовал жёстче и без свидетелей, — Злата пугливо прижала руки к груди, показывая, как ей было страшно, а юноша увидел синяк на её запястье, оставленный им.
— Хорошо, — он отвёл глаза. — Но вам надо было обратиться в королевский суд и оспорить…
«Стыд-то какой! На весь мир заявить, что продалась за мелочёвку!»
На сегодняшний день Злата понимала, что при поддержке рода она вполне могла бы замять договор. Лэр Эйш сумел бы найти общий язык с Барути, и скорее всего, они сговорились бы отомстить Имрусу за все свои обиды, но не сложилось!.. И слава Богу!
А ещё она могла бы ввязаться в тяжбу, и пока та длилась, Барути не посмел бы напасть. Да и нужна ли ему была бы такая огласка? Но чего уж теперь оглядываться назад? Это когда полный карман денег и нет врагов за спиной, думается легко и разумно, а тогда её душили хлопоты, не было знаний о своих правах, впрочем, как и полного осознания, что уже живёт в другом мире по чужим правилам…
— Лэр Андор, не считайте поглотителя дураком. Он действовал очень напористо и всё, что я могла сделать, это бежать.
Злата даже сейчас не могла говорить всю правду и очень надеялась, что Талейте хотя бы икается.
— У вас ведь были напряженные отношения с лэром Эйш?
— Да, к нему обратиться за защитой я не могла.
— Действительно, тонкости дела, которое многое меняют. Вроде вы были беспечны, и стоило бы сказать, что вы во всём виноваты сами, но во всех действиях поглотителя просматривается нешуточный мотив. Ваш необычный дар вполне мог свести его с ума, и тогда всё становится на свои места. И то, как он, пугая, запутал вас, и проявленная им напористость в преследовании.
— Завязался узел из желаний поглотителя, — согласилась Злата. — Он не только вожделел мой дар, он ненавидел Имруса.
— Да, я слышал, ему досталось от генерала, и он, должно быть, долго восстанавливался.
Злата затаилась, опасаясь более конкретных вопросов, но лэр Андор обдумывал что-то своё, и она продолжила свою линию защиты:
— Теперь вы понимаете, что Барути, устраивая засаду, не собирался давать шанс ни мне, ни Имрусу разрушить договор. Он нанял лэра Шторма и наёмников не только для того, чтобы получить плату, он хотел сделать всё так, чтобы муж был убит.
— Возможно, это похоже на правду. Многие видели, что поглотитель завидовал любому дару, а уж как его коробило, когда он слышал, что у девушек есть силы взаимодействовать со стихиями!
