Злой ответ, готовый сорваться с губ, вдруг растаял, словно его не было. В словах мистера Аштона звучала забота, и моя злость на его грубость угасла. Я вздохнула и кивнула. Он ведь прав, я ничего не ела с утра – слишком волновалась. И даже не подумала достать из котомки хлеб, который стащила вчера из столовой.
Мистер Аштон зашагал в гостиницу, я поспешила за ним.
Первый этаж таверны встретил громкими голосами и духотой, пахло пивом и потом. Постояльцы громко орали, девушки хихикали. Не самое подходящее место для леди, но что я могу поделать? Сбежала, отсрочила судьбу. Я не миссис Портер, а это уже хорошо.
Мы уселись за деревянный стол, на котором все еще оставались пятна пролитого супа и хлебные крошки. К нам подошла подавальщица, фартуком обтерла стол и игриво подмигнула моему спутнику. Он лукаво улыбнулся ей, и я еле сдержалась, чтобы не скривиться. Он заказал мясную похлебку, много хлеба и кувшин пива. Я попросила вареный картофель и теплой воды. Она прыснула и ушла.
Мистер Аштон внимательно смотрел на меня. Мне почему-то стало неудобно под его взглядом, и я разозлилась на себя. Откуда робость? Стараясь избегать его взгляда, принялась рассматривать обстановку в таверне, все время натыкаясь взглядом на нетрезвых путешественников, пристающих к румяным подавальщицам. Те игриво хихикали, когда их лапали или усаживали на колени. Сложилось впечатление, что некоторые из них уйдут с этими путешественниками в номера. Я поморщилась – ну и местечко.
– Так, мисс Маклейн… – начал он, но я перебила.
– Говорите тише, ради всего святого, – с нажимом сказала я.
– Даже так, – усмехнулся он, и покачал головой. – Так зачем вам в Ривермист, мисс Маклейн?Отвечать не хотелось, и я молчала, ища правдоподобную ложь. Я ничего не придумала заранее, ведь слуга Джонсонов вряд ли стал бы интересоваться подробностями. А теперь ничего в голову не приходило под пытливым взглядом зеленых глаз.
Подавальщица спасла ситуацию, поставив перед нами еду. Мистер Аштон ел быстро и много, проглотил тарелку похлебки за минуту и заказал еще. Я кусала горячую вареную картошку, запивала теплой водой, и этот ужин казался мне вкуснее тех, что нам подавали в изысканных столичных салонах.
– Так от кого вы бежите, мисс? – спросил мистер Аштон, когда наши тарелки опустели.
Я вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.
– Я не бегу, милорд. – Я старалась держаться как можно спокойнее. – Я еду к подруге погостить.
Он фыркнул.
– Вы очень плохо врете, мисс. Ваши испуганные глаза выдают вас быстрее, чем вам кажется.
Ну хватит! Я порылась в котомке и бросила на стол два медяка за картофель и воду.
– Спасибо за компанию, милорд! – Я встала из-за стола и намеревалась уйти. С меня хватит его компании!
– Мисс, очень не рекомендую сеновал в качестве пристанища на ночь. Там вас изнасилуют – точно, убьют – скорее всего. Я снял комнату номер семь, приходите, если захотите провести ночь с комфортом, – бросил он и откинулся на деревянной скамье с кубком пива в руке.
Я покраснела и вылетела из таверны.
Я отбежала к коновязи, снова осмотрела стоящие рядом повозки – ни одной почтовой. Что же такое? Почему так не везет? Может, он прав, и почту я не смогу поймать до утра?
Я с грустью посмотрела в сторону тракта и наткнулась глазами на полноватого мужчину со светло-соломенными волосами, торчащими из-под дорожной шляпы. Он стоял возле легкого фаэтона, в непривычно простой одежде, пыльной от дороги, но не узнать его я не могла. Мистер Портер!
Вдруг он увидел меня, его глаза округлились, а на губах появился злобный оскал. Узнал! Я набросила капюшон и рванула обратно в таверну. Подбежала к столику, за которым еще недавно сидел мистер Аштон, но подавальщица уже вытирала фартуком крошки со столешницы, а за столом сидели другие люди.
Должно быть, он уже пошел в свою комнату. Какой же номер? Семь?
Я оглянулась на вход: Портер зашел в таверну и рыскал взглядом по толпе. Я как можно более аккуратно и поспешно прокралась к лестнице, надеясь, что он не заметил меня, и как только он пропал из виду, бросилась со всех ног к жилым комнатам. Номер семь, номер семь, где же… Ах вот!
Я забарабанила по деревянной двери, оглядываясь на лестницу. Только бы успеть!
– Что? – рявкнул ммистер Аштон, открывая дверь. – А, это вы, – усмехнулся он.
– Пожалуйста, впустите меня, – прошептала я, оглядываясь на лестницу. Да, надо признать, я веду себя совсем не как леди. Порядочная девушка не стала бы проситься в комнату к малознакомому мужчине. Тем более к тому, кто уже однажды показал, что не намерен иметь с не никаких дел. Тем более к тому, кто уже однажды разбил ей сердце.
