Дверь распахнулась, открыв перед Алефом, полную комнату жутких тварей.
Снова лес. Правда теперь Алеф совсем не боялся. Он даже забыл как выглядят нормальные деревья и люди. Для него всё вокруг выглядело гротескным, но это уже стало нормально.
Характер стишков тоже изменился.
Девочка все чаще упоминала какого-то призрачного пса. Она часто называла его повелителем страха и говорила что-то о жертве.
Стишки такого рода она напевала до найма отряда. Она говорила что Алеф должен победить свои страхи. В противном случае он умрет. Зато когда его начал сопровождать человек из камня и железа, девочка все чаще стала упоминать жертвы. Мол, он сможет отдать кого-то вместо себя.
Вообще, весь отряд очень смущал Алефа. Если до этого люди были просто мерзкими, или страшными, то эти наемники, вызывали чувство опасности. Но наверное так и должно быть.
Общую картину усугубляла девочка, теперь она мешала Алефу спать, что притупляло его восприятие. Однако он даже к этому привык, принимая как нечто само собой разумеющееся.
Каждый из членов отряда выглядел по-особому.
Наемник которого называли Синица, выглядел как горящий рогатый человек. Он буквально пылал, но почему-то не поджигал ничего. В любом случае Алеф старался держаться от него подальше, он не был уверен, что тот его не обожжёт.
Бес, выглядел высушенным клубком из кожи мяса и костей, который почему-то жил и двигался. Усугубляло картину, бледно-голубое свечение.
На некоторых из наемников, девочка реагировала своими четверостишьями.
Например, при виде Беса, она пропела:
Зеленый, – скользкая змея на ногах. Он ощупывал все своим языком и сочился ядом.
Девочка заливалась смехом, и декламировала:
Молчун, наверное выглядел самым безобидным и одновременно самым жутким. У него не было лица. Просто пустая голова. Однако с ним Алеф быстро нашел общий язык, даже не смотря на то что он все время молчал.
Тот кого называли Бабником, был и вовсе чем-то непонятным. Моток щупалец, что норовили проникнуть всюду. Алеф знал, что если он приблизится, то щупальца начнут обволакивать его и пытаться проникнуть внутрь него.
Визжала девочка глядя на Бабника.
Среди них был огромный зверь с горящими глазами. Алефу казалось, что это был единственный из них, на кого не распространялась иллюзия. Парень был уверен, что наемник по имени Скальп, выглядит именно так.
Еще было прозрачное облако умеющее говорить, которое все называли Бегун.
Указав на него пальчиком, девочка пропела:
Кривой, – весь состоящий из металлических шипов и ножей. При чем его покров все время двигался и извивался создавая причудливые узоры. Это завораживало и пугало.
Когда он как-то зашел в комнату Алефа в гостинице, девочка выдала такой стишок:
Перед этим, девочка как раз не давала Алефу спать, нагнетая обстановку:
Поэтому когда вошел Кривой, Алеф едва не закричал.
В телеге ехал сгусток пыли и грязи. Всё вокруг слеталось к нему и создавало грязевой вихрь, из камней песка веточек и другого мусора.
Глядя на Жмота, девочка едва не облизывалась:
И их командир. Человек из камня и железа сочащийся кровью и чем-то черным. Он мазал все вокруг, будто пытаясь сделать частью себя.
Его девочка не любила. Хотя она ко всем относилась одинаково негативно. Она насупив брови, декламировала:
Алеф мало что понимал. То что с ним происходило, сильно отличалось от историй отца. По его рассказам он вместе с верными воинами преодолевал препятствия. Но в его рассказах, никто не сводил Акиллу с ума. И зная старого волка, тот не упустил бы таких подробностей.
