На пустырь я даже не заходил, промелькнул по самому краешку и, зайдя в первое же укромное место, позвонил из настенного телефона-автомата. На том конце провода, ничего не расспрашивая, приказали ждать, и минуты две я нервно переминался с ноги на ногу. Но вот в трубке раздались покашливания, и кто-то спросил:
— Вы по поводу объявления? — Голос мне показался незнакомым.
— Да. Я нашел два щитка в прекрасном состоянии. Правда, у одного из них слегка намок уголок…
— В таком случае они мне не подходят! — Интонации голоса чуть изменились и стали вполне узнаваемыми. — Я в свое время как раз такой уголок дольше всего выковыривал из-под своей кожи!
— Ладно, тогда берите один щиток!
— Не знаю… — На том конце трубки задумались. — А с кем я разговариваю?
— И не стыдно?! Раньше ты всегда радовался моим звонкам!
— Так то когда было. Я уже старый и слабый негр — плохо и вижу, и слышу…
Я чуть не зафыркал в трубку от смеха — ведь «старому негру» стукнуло только тридцать два года. Но вовремя спохватился и продолжил игру:
— Конечно, наши годы уже не те!.. Я вот сам недавно из больницы. Так врачи пугали, что через месяц у меня снова осложнения начнутся. Опять грозятся операцию делать…
— Понятно. Но хоть стаканчик выпьешь? Заходи, я поставлю!
— А где ты сейчас?
— В закусочной «Колбаски тети Руфи»! Только поспеши — я буду через двадцать минут уходить!
— Жаль! Не успею я, далековато! — По нашим кодовым сигналам это значило, что я как раз успею за пять минут до его выхода. А потом пойду за ним как хвост. — Давай уж завтра встретимся — я подойду чуть раньше.
— Согласен, буду ждать! — И в трубке раздались сигналы отбоя.
Я не спеша обошел вокруг нужного квартала и ровно через пятнадцать минут уже находился напротив искомой закусочной. А еще через пять минут вышел Алоис, действительно полностью загримированный под старика. В руках он держал сучковатую палку и опирался на нее всем слабым, дрожащим телом. Походку имел дергающуюся, фигуру сгорбленную. На черной лоснящейся физиономии небритые волосы лохматились непонятными островками запущенности и старости.
Алоис скользнул по мне равнодушным взглядом — видимо, узнал сразу, потому как на улице кроме меня было всего человек двадцать. И поспешно заковылял в один из ближайших переулков. В том же темпе я и последовал за ним на определенном расстоянии. Никто, кроме меня, не проявил лишнего внимании к несчастному старикану. Наоборот, я вызывал больший интерес. Чем дальше мы заходили в лабиринт запутанных улочек, тем больше ускорялось наше движение. И уже чуть ли не забежав за один из поворотов, я с удивлением уставился на глухой тупик.
— Сюда! — раздался голос у меня над головой, и тут же две разноцветные руки опустились вниз из раскрытого окна.
В полумраке между рамами виднелись улыбающиеся лица Алоиса и одного из его помощников. Мощным рывком они подняли и втащили меня внутрь и тут же плотно закрыли все ставни и створки окон. В полной темноте мы спустились по лестницам на три этажа вниз, и только там зажегся яркий свет. Мы с Алоисом крепко обнялись.
— Наконец-то! — воскликнул он. — Я тут уже чуть мозгами не поехал! Томлюсь в неведении! Умираю от скуки и тоски! Сто раз проклял себя за то, что согласился здесь остаться! Лучше бы я с вами подался, чем здесь клоуна из себя строить!
— Ну не скажи! Там нам тоже несладко пришлось!
— А ты как?! Вижу, в полном здравии?!
— Как огурчик! — Но тут лицо мое помрачнело. — А вот ребят немного поцарапало — Гарольд и Армата в госпиталях жирок нагуливают! Но скоро будут здесь!
Я поздоровался и с помощником Алоиса, которого звали Ульрих и который тут же отправился по спешному делу. Ульрих когда-то прославился невероятной рассеянностью, за что и был выдворен из моего дивизиона. Немного спорная личность, чтобы стать членом нашей команды, но выбирать не приходилось. Тем более что у Алоиса он работал отменно.
— Потом тебе расскажу о причине спешки, — пояснил Алоис. — Давай быстрей рассказывай — что вы, как и где?!
— Э нет, голубчик, — возразил я. — Это я к тебе пришел за сведениями! И они мне нужней, чем тебе рассказы о наших приключениях.
— Хорошо! Новостей накопилась масса! Только вот с каких начинать — с хороших или плохих?
— Давай с плохих! — тут же ответил я.
На что Алоис тяжело вздохнул и отправился в сторону ванной комнаты, делая приглашающий жест рукой.
— Тогда это надолго! И поэтому предлагаю по ходу моего рассказа хоть немного добавить приятного: у нас здесь сауна, и мы будем прогревать свои старые кости. Ты б только знал, как мне надоело притворяться таким, каким ты сейчас меня видишь!
— Почему же ты не выбрал себе роль интеллигента-врача?
— Она у меня по пятницам и субботам…
— Надо же! Или твою любимую роль журналиста?
— Журналистом я подрабатываю по средам и воскресеньям…
— Во дает! — Я наблюдал, как Алоис ловко сдирает со своего лица наклеенные бороду и усы. — И он еще говорит, что умирает от скуки и тоски!
