Когда в деталях обговорили каждое предполагаемое действие и систему связи друг с другом, мои глаза уже слипались от усталости. Булька меня не беспокоил даже в тот момент, когда мы были в сауне. А уж в повседневных заботах я о нем забывал полностью. Алоис отнесся к моей увеличившейся спине с большим удивлением, но с советами лезть не стал, вполне доверяя моей интуиции. Только сказал на прощание, когда уходил проверять явку:
— Если он и тебя заразит такой сонливостью, учти — мы тебя носить не будем! Здоровья не хватит!
— Ага! Ты еще опять запой старую песню: «Я старый, глухой и слепой негр!» Так и быть, восстановим справедливость — обещаю отправить тебя на пенсию!
— Ложись уже, благодетель! Отдыхай, пока…
— Больной и старый мавр… — успел вставить я в его причитания.
— Сделает за тебя всю работу!
Дверь за ним тихо щелкнула. Убедившись, что крабер находится в удобной досягаемости, я моментально погрузился в сон. Видимо, усталость, а еще больше сауна оказали на меня благотворное воздействие, так как спал я крепко, без сновидений и вскочил с кровати только вечером. По-хозяйски расположившись на кухне, я приступил к методичному опорожнению найденного там холодильника. В его объемистых внутренностях оказалось и мое любимое вяленое мясо, и умопомрачительно пахнущая рыба слабого копчения, и целый набор вполне свежих овощей и фруктов. Отсутствием аппетита я никогда не страдал, а тут на меня вообще что-то накатило. Может, от нервного предчувствия неких важных грядущих событий?
Во время моей трапезы поочередно велся разговор с каждым членом нашей команды. Напоследок Алоис подробно поделился своими наблюдениями, задумками и приготовлениями.
Явка оказалась нетронутой, отлично функционирующей и с приличными шансами на свое сохранение и дальнейшее существование. Вернее, это наш мавр гениально придумал, как спасти точку от разгрома и пустить преследователей по ложному пути.
Непосредственно сам люк находился в начале небольшого тупика, в районе весьма запутанных переулков старой части города. Из окна, за которым должен располагаться Алоис, виден был сам тупик и просматривалась проходящая поперек улочка. Если кто и мог помешать задуманному, то только случайный прохожий, оказавшийся свидетелем исчезновения человека в открывшейся части тротуара. Но на этот случай можно было придержать Николя на самой улице. Он, разговаривая по краберу, остановится и дождется благоприятного момента. А как только ему поступит команда, завернет за угол и «провалится» под землю.
Именно с этого момента начнет действовать задуманный Алоисом отвлекающий маневр. На крыше второй помощник мавра на выдвижной балке установил обычный крюк с кольцом — подобные используют для подъема разной мелочовки вручную. Приготовил тонкий трос и весьма искусно создал висящего на его конце человека. Для этого использовались резиновая кукла, набивка из ваты и точная копия одежды, которую в данный момент имел на себе Николя.
Сбои во всей операции по спасению явки могли произойти лишь по двум причинам: если будут задействованы вертолеты или мухи-разведчики либо если проявят чрезмерную наблюдательность соседи. Пусть не многочисленные, но все-таки могущие бросить любопытный взгляд на люк из своих окон. И по закону подлости — в самый неподходящий момент. Но уж такие детали предусмотреть не было возможности.
Николя так и не смог по пути следования поезда изменить свой маршрут. Уж слишком много наблюдателей роилось вокруг него. Мы вполне справедливо предполагали: стоит ему лишь сделать попытку затеряться на одной из промежуточных станций, как его тут же схватят. Поэтому он всеми силами изображал беззаботного малого, довольного жизнью и совершенно не интересующегося окружающими. Так у преследователей поддерживалось желание схватить жертву непосредственно в момент достижения самой цели путешествия.
