Следующим утром, ещё до восхода солнца, небольшой отряд всадников покинул Уинстон, направляясь на север. Недовольная Алисия мрачно молчала. Она намеревалась сблизиться с кузеном, покататься с ним верхом, поговорить без постоянного присутствия взрослых. А тут на тебе – раз и домой. Ричард поглядывал на неё и внутренне улыбался. «У тебя-то, детка, всё ещё может сложиться хорошо, – думал он. – Вот мне труднее будет, куда труднее».
А ближе к закату на дороге, ведущей к югу, появился большой отряд всадников. Впереди ехал могучий воин на великолепном гнедом жеребце. Рядом развевался штандарт – расправляющий крылья орёл на одинокой ветке. Джеймс! Сердце леди Аделы затрепетало в предчувствии встречи с любимым. Как же она истосковалась по нему! По его сильным рукам, тёплым губам! По его нежности и страсти! Джеймс – для неё в одном этом имени был весь мир. Как-то поладит он с её сыном? Уильям гордый мальчик, и трудно сказать, как он отнесётся к человеку, забирающему у него мать. Говорил матери успокоительные речи, да. Но что будет в действительности? Всё решат первые минуты встречи. Это женщина понимала.
Сама леди Адела уже с полудня поднималась время от времени на стену донжона, чтобы первой увидеть любимого. И вот он приближается. Уильям, заслышав сигнал о приближении отряда, поднялся на галерею надвратной башни. Туда же вскоре пришла запыхавшаяся леди Адела. Она очень спешила и сильно нервничала. Сын видел это. И в сердце его боролись ревнивая собственническая любовь ребёнка к своей матери и желание видеть, наконец, её счастливой. Он всегда удивлялся, что после стольких лет жизни со старым графом мать оставалась живой и тёплой, не заледенела в той гробнице, что создал для неё отец. И только теперь Уильям начал понимать, что тепло в сердце матери помог сохранить вот этот сильный мужчина, который приближается сейчас к их замку во главе внушительного отряда, как бы демонстрируя свою силу. Действительно, могучий воин, ничего не скажешь. Молодому графу стало любопытно посмотреть на него поближе.
Отряд тем временем приближался. Остановившись перед надвратной башней, лорд Грей сделал приветственное движение рукой и громко сказал:
– Приветствую вас в ваших владениях, граф Хьюберт! Низкий поклон вам, графиня! Я, лорд Джеймс Грей прибыл к вам с миром.
– Приветствую и я вас, лорд Грей, – звонким мальчишеским голосом отозвался Уильям, – добро пожаловать в Уинстон.
По сигналу хозяина ворота открылись, и отряд вступил во двор замка. Он был великолепен – большой, ухоженный, разумно и красиво обустроенный. «Да, – подумал лорд, – это не мой маленький Гринхил, здесь сразу чувствуется богатство, бьёт в глаза». И сердце его преисполнилось ещё большей любовью и нежностью к Аделе, ведь она была готова всё это оставить ради него, Джеймса, ради их любви, родившейся много лет назад.
Хозяева встречали прибывших на пороге донжона. Бледная и трепещущая Адела стояла рядом с высоким красивым юношей, гибким и стройным, но обещавшим очень скоро набрать силу. «Хорош молодой граф, ничего не скажешь, хорош, – успел подумать лорд Грей, – а глаза материнские, глубокого фиалкового цвета». Он поклонился графу, затем графине и следом за ними вошёл в большой, великолепно украшенный зал.
Уильям с любопытством рассматривал лорда, чувствуя, как тает в душе лёгкий налёт враждебности, возникший было при первом взгляде на него. Это был сильный, даже могучий мужчина, привыкший к битвам и победам, это ощущалось сразу. Такого лучше иметь в числе друзей, и упаси Господь – в числе врагов. Большой шрам на лице, как ни странно, совсем не портил его, наоборот, придавал мужественности его и без того воинственному облику. Янтарные глаза сияли ярко и молодо, хотя в тёмных волосах уже кое-где серебрилась седина. А когда он перехватил взгляд, брошенный лордом Греем на леди Аделу, ощутил в душе укол – нет, не ревности, а лёгкой зависти. Такая всепоглощающая любовь сверкнула в этом коротком взгляде, что Уильям понял сразу – он отдаст мать этому мужчине, потому что с ним она действительно будет счастлива и всегда будет защищена. Такая любовь не потерпит преград, преодолеет их всё равно. И какой великолепный мужчина! Правда и мать его – редкостная женщина. В ней удивительно сочетаются женская слабость и нежность с непреклонной силой духа и твёрдостью характера. Да, эти двое идеально подходят друг другу. Это было видно всем окружающим, посвящённым в тайну их отношений, и даже Уильям при всей своей молодости понимал это.
После всех полагающихся к случаю речей и великолепного, как и всё в этом замке, застолья хозяин и гость уединились у камина, усевшись в два удобные большие кресла. Слуга принёс кувшин вина и две чаши, поставил на столике и удалился. В зале повисла тишина. Никто не смел помешать беседе этих двоих.
Разговор начал лорд Грей:
