Ю.Ю.ПРОДАН
ДОРОГА НА ТМУТАРАКАНЬ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. РУСЬ И ХАЗАРИЯ
1
Не велика речка Тетерев, что течет через Древлянскую землю, не тягаться ей с могучими витязями Днепром-Славутичем и Дунаем, но краше ее не найдешь во всех русских краях. Среди высоких гранитных берегов пробила себе дорогу эта своенравная красавица. То звенит она весело и задорно чистыми струями по белым камням, то прильнет ласково к солнечному песчаному берегу, а потом, будто притомившись, разольется тихими заводями среди темных вековых лесов и дубрав.
Своенравны, горды и люди, что селятся над Тетеревом. Земля их бедна песок да суглинок лежат на каменных взгорьях, в низинах - топи болотные. Ратаю с сохою разгуляться негде, зато ловы здесь богатые, птицы и зверя в лесах видимо-невидимо, бортникам тоже раздолье - на каждой лесной поляне гнезда диких пчел. Благодаря лесу-кормильцу древлянские роды издавна жили зажиточно, ставили добрые городища над Тетеревом и соседними реками, окружали их крепкими дубовыми стенами, чтобы ни дикий зверь, ни лихой человек не пробрался к ним. Впрочем, зверя они и сами искали в дремучих чащах, вооружившись луком и рогатиной, а враги редко сюда пробивались сквозь лесную глухомань. Слухи ходили о диких степняках, о том, что хазары дань с полян и северян берут, но здесь их никто не видывал.
В роду каждый крепко держался друг друга, люди всем миром могли за себя постоять и даже с князем древлянским потягаться. Князь на столе в Искоростене, ему туда дань отвозили. Князю подчинялись на случай какой беды, если надобно родам объединиться, отбить чужеземных пришельцев. Княжеская дружина да ратное ополчение - большая сила.
Городище, где родился и вырос Богдан, сын кузнеца Ратши, приткнулось к самому обрыву над Тетеревом. Здесь, на небольшой ровной площадке, стояли вырезанные из стволов вековых дубов фигуры Перуна, Волоса и других русских богов. Им хорошо была видна с высокого берега неоглядная ширь за рекой, лесистые холмы и на одном из них городище соседнего дружественного рода. Богам на требище приносили жертвы, вымаливали удачу на охоте, добрый урожай, победу на войне. Поодаль от обрыва, за крепкой бревенчатой стеной со сторожевыми башнями, прочно стояли на земле деревянные избы, хозяйственные постройки, еще дальше, среди леса, теснились возделанные поля. Кузница Ратши стояла на околице, у самой дороги, что вела к Искоростеню. Возле нее - изба кузнеца.
Двадцать лет прожил на свете Богдан, единственный Ратшин сын, немного прожил, но что-то за это время изменилось в городище. Может, виною тому были события, нарушившие покой Древлянской земли. Киевский князь Игорь, владыка всей Руси, решил второй раз взять дань с древлян в одном году. Озлобленные неслыханными поборами, древляне порешили старого князя. Игорева вдова, Ольга в отместку сожгла древлянский стольный город Искоростень. Прошло немного времени - появились в древлянских городах и селах посадники, воеводы киевские. Люди качнулись в разные стороны - кто к ним, кто против. Богатые за твердую власть встали, начали тянуться за воеводами, у простого люда забот прибавилось, а добра в амбарах меньше стало.
Многое переменилось за последние годы. Посадником теперь в селении стары Клунь, поднявшийся над родом как воевода. Он и суд вершит, и дань собирает, неугодных да непокорных в дугу гнет, друзьям своим и приспешникам помогает. Власть! Разбитной сын Клуня Борислав подался служить в дружину молодого киевского князя Святослава, говорят - выбился там в большие люди. Клуню от того еще большая выгода.
А хозяйство Ратши совсем захирело после того, как его в лесу подмял медведь. Мать Богдана умерла. Из трех молодых Ратшиных помощников только сын остался. Двое других ушли - один семьей обзавелся, на земле осел, а второй ушел в Искоростень. Жизнь все круче стягивала узел вокруг Ратши. Раньше за свою работу он все имел, дом был полная чаша. Теперь же на другом конце городища поднялась кузница Войта, брата посадникова, день-деньской гудят там горны, куются рала, мечи, ножи, все, что смерду и воину надобно. И берет Войт за работу дороже, зато пойдешь к нему посадник добрее, завернешь к Ратше - посадник недоволен. Туго стало с припасами у Ратши, иной раз в избе ни одной просинки. Куда податься? Ударил челом Клуню. Один раз да другой взял купу, в долгах завяз по самые уши. И не заметил, как хозяином его собственной кузницы стал уже не он, а Клунь. Тяжко было доживать век чьим-то челядином, недолго протянул Ратша, помер.
Незадолго до смерти он наказывал сыну:
