Новый год Александра любила больше всех праздников, наверное, потому, что в памяти ее навсегда остался тот далекий предновогодний вечер, когда она «ехала» на Белый Яр к тётушке на плечах Насекина. Это был её первый настоящий праздник с подарками, танцами возле ёлки. С тех пор было много праздников - весёлых и грустных, они улетучивались из памяти как ненужный хлам, а самый первый запомнился.
Новый год - семейный праздник, но несколько лет подряд Александра встречала Новый год в большом и дружном коллективе, в котором оказалась совершенно случайно - в хоре. Туда её пригласила одна знакомая женщина, и Александра, наведавшись однажды на репетицию, решила посещать хор: может, легче будет на душе после печальных событий в её семье. И это, в самом деле, спасало от невесёлых мыслей, потому что в хоре, наряду с фанатиками-певцами, было много одиноких людей, ищущих внимания и доброго отношения к себе вне своего семейного мира. Потому и праздники встречали вместе, расходясь иной раз под утро, проводя время в разговорах и песнях. В один из таких дней Александра познакомилась с Алексеем Балковым, спокойным и медлительным парнем. Его привел с собой один из хористов, рассказав, видимо, что в хоре занимается много молодых девчонок. Но Балков не обратил на них внимания, ему почему-то приглянулась Александра, и он весь вечер просидел рядом с ней, а когда она начинала танцевать, то оставался на месте, не сводя с женщины восхищенных глаз, потому что сам плохо танцевал.
Александре было приятно внимание этого увальня, но сразу откликнуться на его призывный взгляд не могла: в душе не погасли еще отголоски после бурного романа с другим человеком. Любовь к нему ворвалась в её душу, словно ураган, опалила, но не суждено было им остаться вместе: Иван был женат, а она не могла заставить себя преодолеть внутренний душевный барьер, чтобы решиться на разрушение другой семьи. Может быть, и напрасно так думалось, но Александре казалось, что потом всю жизнь перед глазами будет маячить укоризненное лицо дочери её любимого. И это надрывало сердце, которое и так ныло-болело от тоски по милому, от угрызений совести, что крадет чужое счастье. Так и не решилась Александра сказать ему «да» на предложение соединить судьбы.
Александра знала, что Балков придёт с приятелем в хор встречать новый год, и решила остаться дома с детьми. Но сыновья заявили, что уйдут из дома: приехал друг Антона и пригласил ребят к себе в гости. Сыновья ушли с ночевкой, а она колготилась по хозяйству, готовя праздничный ужин для себя и завтрак для сыновей, наводила последний лоск на квартиру. А внутри нарастало непонятное напряжение в предчувствии какого-то события. До полуночного новогоднего часа оставалось несколько минут, и Александра уже еле сдерживала эту непонятную внутреннюю дрожь. Неожиданный звонок в дверь ударил по натянутым нервам, заставил броситься к дверям, распахнуть её, и она тотчас охнула, бессильно привалилась к косяку: на пороге стоял Алексей Балков. В одной руке он держал полиэтиленовый яркий пакет, а другая рука была за спиной.
- Здравствуй, это я… - он улыбался сдержанно, зубы едва блестели из под черных густых усов. - Я был на вашем вечере, но тебя не нашел, и вот решил зайти…
- Боже мой! - всплеснула женщина руками. - Как ты меня нашел?
Буков опять блеснул зубами:
- Кто ищет, тот всегда найдет… - не решился сказать, что адрес ему сообщила руководительница хора.
- Заходи, - пригласила Александра, и он, перешагнув через порог, плавно вывел руку из-за спины и преподнес ей три пушистые бордовые гвоздики, упакованные в целлофан.
- Ой! - всплеснула руками Александра, приняла цветы и застыла на месте, не зная, что делать, что сказать - до такой степени ей стало неловко и радостно. - «Ой, да что это я!» - охнула мысленно и вслух сказала: - Раздевайся, Алёша, - и коротко чмокнула парня в щеку, испугавшись своего порыва, почувствовала, как заалели щеки.
Балков разделся и степенно прошел в комнату, а когда следом за ним с вазой для цветов вошла и Александра, он спросил:
- А дети твои где? - он знал, что у Александры двое сыновей: видел их на репетиции, а с Пашкой даже подружился.
- К другу пошли, так что я сегодня одна, - просто ответила она Балкову, и теплая волна всколыхнулась в груди оттого, что Алексей этому обстоятельству рад. Она взглянула на часы. - О! Уже скоро новый год наступит, садимся за стол.
И тут грянули торжественно куранты, их звон поплыл над страной, заполнил комнату, и Александре вдруг явственно привиделось, словно кто-то неслышно перевернул страницу громадного календаря - время сдвинулось назад на целый год. Балков осторожно коснулся своим бокалом края бокала Александры: «С новым годом, милая…» - но вслух сухо произнес:
- Поздравляю с праздником, желаю всего хорошего.
- И я тебе желаю, - откликнулась Александра, глянула лукаво поверх бокала на Балкова, потом пригубила шампанское и легко губами коснулась его щеки.
Алексей вспыхнул, замер, не зная, что делать, и тогда Александра поставила свой бокал на стол и провозгласила:
