От моего вопроса ему стало не по себе, и он неловко пожал плечами. Слова у него встали поперек горла, как только что у меня. Я всмотрелась повнимательней в деревянные обломки под сосной. Меж ними трепетал на ветру зажатый кусок какой-то материи – то ли занавеска, то ли скатерть. Я уже собралась повернуться обратно к Джо, как вдруг заметила нечто странное, нечто такое, чего тут никак не должно было быть. Как только до меня дошло, на что я смотрю, у меня возникло ощущение, будто кто-то взял и столкнул меня с огромной высоты. Желудок взметнулся к горлу. Я глядела на торчащую из-под обломков человеческую ногу – сине-лиловую, словно свекла. Развевающаяся на ветру ткань была частью платья. Я попятилась, открывая и закрывая рот, словно вытянутая из воды рыба. Слова настолько глубоко застряли у меня в горле, что их никак не получалось вытянуть наружу. С тревогой я уставилась на Джо Кэлхуна. Мне не хотелось верить своим глазам. Пока я переваривала увиденное, с лица молодого человека не сходило стоическое выражение, тогда как его сын снова принялся всхлипывать. Джо вытащил из кармана платок и протянул его сыну.
Показав рукой на торчащую из-под руин ногу, мужчина, запинаясь, произнес:
– Вчера весь день пытались ее вытащить. Ее и дочку. Она на руках ее держала. Это Салли, моя жена, и Джози – ей и двух лет не было.
– Ужас какой… – я, наконец, нашла в себе силы заговорить. – Я вам очень сочувствую.
Джо придвинулся поближе к распухшей торчащей ноге и уставился на ткань, которую трепал ветер. Мне стало жутко от мысли, что мужчина сейчас возьмет и дотронется до этой ноги. Жужжали мухи. Некоторые садились на ногу. Джо махнул рукой, чтобы их отогнать.
– Само собой, все произошло очень быстро, – бесстрастным надтреснутым голосом произнес он. – Я как-то сразу понял, что ее больше нет в живых. Сперва пытался вытащить ее голыми руками. Дохлый номер – тут с места ничего не сдвинешь. А сегодня я нашел нашего мула – выше по течению. Может, с ним у нас и получится. – Он снова глянул на меня и добавил: – Ни к чему тебе на такое глядеть. Давай я принесу тебе воды, и ступай своей дорогой.
– Нет уж. То есть я хочу сказать, что вода мне и вправду нужна, но только и вам я помогу. Что мне делать? Говорите!
Джо Кэлхун уставился на мои ладони, и я их сжала в кулаки, чтобы спрятать следы от мозолей. Парень словно прикидывал, насколько у меня сильные руки.
По всей видимости, осмотр его удовлетворил, поскольку он сказал:
– Ладно, если не возражаешь, можешь помочь Лайлу.
Я подошла к мальчику – миниатюрной копии своего папы. Он отводил взгляд, избегая смотреть мне в глаза. На его личике застыло совсем недетское выражение, и потому я прошептала:
– Я очень, очень тебе сочувствую…
Он мне не ответил, только быстро вытер глаза, после чего мы вместе стали обматывать цепь вокруг ствола. Лайл убедился, что другой край цепи надежно закреплен на сбруе мула. Вскоре все было готово. Мальчик взял поводья и встал аккурат позади мула, словно собираясь пахать землю.
– Пшел, – буркнул он и хлопнул поводьями. Мул с готовностью навалился и принялся тянуть. Я не желала смотреть на то, что творится у меня за спиной, поэтому сосредоточила внимание на муле. Лайл последовал моему примеру. Джо Кэлхун повел мула сперва налево, потом направо. После нескольких секунд напряженных усилий мы услышали позади нас тяжелый удар.
– Тпру! – крикнул Джо.
