Бегин лихорадочно искал глазами, где укрыться. Во дворе не было ничего, они были как на ладони на фоне дома. Бегин обернулся на дом. При столкновении машина Рябцева оставила в деревянной стене вмятину. И в метре от этой вмятины – практически за их спинами – виднелась тонкая временная дверь из ДСП.
– Сюда! Володя, сюда!
Он схватил Рябцева за руку. Вдвоем они вскочили и метнулись к двери, до которой было меньше двух метров. На бегу Бегин прыгнул на дверь, вместе с ней вваливаясь внутрь. Рябцев ввалился внутрь следом, и в то же мгновение загремели выстрелы. Рябцев упал на колено, трогая рану рукой с зажатым в ней пистолетом. Плечо, руку и всю левую половину туловища лихорадило и трясло от болевого шока. Рябцев не удержался от крика.
– Пистолет! – рявкнул Бегин. Он вскочил и бросился за укрытие стены. Выстрелы продолжали грохотать. Превозмогая боль, Рябцев вскинул пистолет и чуть высунулся из двери. Серые силуэты убийц бежали к двери. Вскинув оружие, Рябцев выстрелил. Один из силуэтов на бегу исчез, плюхнувшись в грязь.
– Кажется, их трое! – тяжело дыша, хрипло крикнул опер. – Одного снял!
Бегин перезаряжал оружие. Он был внешне спокоен, но его выдавали круглые от шока глаза.
– Еще обойма есть?
– Откуда?! – выдохнул Рябцев. – А у тебя?
– Только эта, восемь патронов! У тебя?
– Два-три. И все…!
Бегин выглянул из двери, но ничего увидеть в кромешной темноте снаружи он не сумел – зато по дверному косяку около его лица, срезая щепки, защелкали пули, загоняя его назад.
Снаружи вспыхнули фары, через дверной проем озаряя тусклым светом укрытие опера и следователя. Они были в комнате, в дальних концах которой чернели две двери в другие помещения. Пол засыпан опилками и строительным мусором. Заревел двигатель «ниссана». Рябцев дернулся:
– Они уходят?!
Свет пришел в движение – «ниссан» дернулся назад. Стукнул забор. Свет пополз по противоположной пустующему дверному проему стене, уходя влево.
– Они уходят? Сань?!
Чуть высунувшись из окна, Бегин увидел картину, от которой его бросило в холод. «Ниссан» сдал назад, вильнул в сторону и занял позицию за покореженной и распахнутой машиной Рябцева. А потом он с ревом двигателя рванул вперед, слепя Бегина. «Ниссан» устремился прямо на машину Рябцева. Справа от «ниссана» вспыхнуло яркое пятно, и загремели выстрелы, заставляя Бегина юркнуть за укрытие.
– Назад! – выдохнул Бегин и бросился к противоположной стене. – Назад, б… дь!
Рябцев сорвался с места, ничего не понимая, но заранее содрогаясь от панического предчувствия.
На полном ходу «ниссан» врезался в заднее правое крыло автомобиля Рябцева, разворачивая машину. С грохотом, от которого вздрогнул весь домик, машина опера развернулась и впечаталась в дом, перекрывая дверь. Фасадная стена зашаталась, но устояла. Посыпались щепки и душные деревянные опилки, заскрипели соединения древесных плит, заходила ходуном кровля, вздрогнул пол. Покореженная машина Рябцева перекрыла собой дверь, оставляя лишь узкое окно-бойницу вверху, через которое не способен пролезть человек.
– Суки! – взревел Рябцев, вскидывая оружие.
Бегин был первым. Он метнулся к двери и открыл огонь наугад. Пули прошли сквозь сплюснутый салон машины опера и с треском пробиваемого металла вошли куда-то. Бегин попятился назад, зачем-то все еще держа на прицеле дверь, припечатанную и перекрытую полностью покореженным автомобилем Рябцева.
Где-то рядом «ниссан» снова зарычал. Отъехал назад. Машина Рябцева содрогнулась, залязгала, освобождаясь от давления извне. Но не сдвинулась ни на сантиметр. Двигатель «ниссана» не смолкал, рыча совсем рядом, в нескольких метрах снаружи. Хлопнула дверца, и автомобиль взревел и пришел в движение. Рев чуть стих, исчезнув где-то слева. Затем появился где-то справа.
– Что они делают? – выдохнул Бегин, ничего не понимая. – Они ездят вокруг? Зачем?
«Ниссан» ушел на второй круг вокруг дома. В это время где-то за дверью – так близко, что Бегин снова вскинул оружие – раздался лязг и стук.
– Твою мать, что это?
Рябцев осел у стены. Плюхнув пистолет на колени, чтобы воспользоваться здоровой рукой, выхватил из кармана сотовый телефон. Пальцы не слушались. Он ткнул номер Головина, с которым говорил в последний раз.
– Возьми трубку! Возьми…!
Где-то снаружи что-то странно затрещало. Ничего не понимая, Рябцев сделал шаг к заблокированной автомобилем двери. Услышав этот странный треск, Бенин невольно опустил пистолет. Дрожь прошла по всему телу, от макушки до ног, и он не узнал собственного дикого вопля:
– НАЗАД!
Рябцев не успел отпрянуть. Через секунду огненное пламя вспыхнуло где-то позади покореженного металлического скелета в дверях, а потом раздался взрыв.
Взрывом разломило деревянные плиты вокруг двери. Взрывной волной, рушащей фасадную стену, Рябцева отбросило к стене, обжигая ярким жаром. Автомобиль вспыхнул ярко, озарив светом грязное убежище запертых в нем людей.
