– Привет, мистер, – сказала она. – Госпожа велела мне передать вам, что она приедет.
– Какая госпожа? – спросил Хуан Диего у девочки; для всех за столом, кроме жены Кларка, он, должно быть, выглядел так, будто разговаривал со своими коленями.
– Консуэло, – сказала девочке Хосефа. – Ты должна сидеть за своим столом – пожалуйста, иди туда.
– Да, – ответила Консуэло.
– Какая госпожа? – снова спросил Хуан Диего у Консуэло.
Девочка выползла из-под стола и теперь оказалась под пронзительным взглядом тетушки Кармен.
– Госпожа, которая просто появляется, – ответила Консуэло и подергала себя за косички, отчего закивала. А потом убежала.
Официанты разливали вино – один из них был пареньком-водителем, который привез Хуана Диего из аэропорта Тагбиларана.
– Ты, должно быть, привез таинственную госпожу из аэропорта, – сказал Хуан Диего, отказываясь от вина, но паренек, казалось, его не понял.
Хосефа заговорила с ним по-тагальски, но паренек-водитель все равно выглядел смущенным. Он как-то слишком долго отвечал доктору Кинтана.
– Он говорит, что не привозил ее – она просто появилась на подъездной дорожке. Никто не видел ни ее машину, ни водителя, – сказала Хосефа.
– Сюжет усложняется! – заявил Кларк Френч. – Вина ему не надо, он пьет только пиво, – сказал Кларк пареньку-водителю, который теперь был куда менее уверен в себе, чем за рулем.
– Да, сэр, – ответил паренек.
– Ты не должен был снабжать своего бывшего учителя всем этим пивом, – внезапно сказала Кларку тетушка Кармен. – Вы были пьяны? – спросила она Хуана Диего. – Что это вам взбрело выключить кондиционер? Никто не выключает кондиционер в Маниле!
– Хватит, Кармен, – сказала доктор Кинтана своей тете. – Твой драгоценный аквариум – это не застольная беседа. Ты говоришь «никакого секса», а я говорю «никакой рыбы». Понятно?
– Это я виноват, тетушка, – встрял Кларк. – Аквариум был моей идеей…
– Я замерз, – объяснил Хуан Диего женщине-угрю. – Ненавижу кондиционеры, – сказал он всем. – Наверное, я действительно перебрал пива…
– Не извиняйтесь, – сказала ему Хосефа. – Это были просто рыбы.
– Ничего себе «просто рыбы»! – воскликнула тетушка Кармен.
Доктор Кинтана нагнулась через стол и коснулась морщинистой руки тетушки Кармен.
– Хочешь послушать, сколько вагин я видела за прошлую неделю – за прошлый месяц? – спросила она у тети.
– Хосефа! – воскликнул Кларк.
– Ни рыбы, ни секса, – сказала доктор Кинтана женщине-угрю. – Хочешь поговорить о рыбе, Кармен? Не стоит рисковать.
– Надеюсь, с Моралесом все в порядке, – как можно миролюбивей обратился Хуан Диего к тетушке Кармен.
– Моралес не такой, как все, – горделиво ответила тетя Кармен. – Пережитое изменило угря.
– И никаких угрей, Кармен, – сказала Хосефа. – Не стоит рисковать.
Женщины-врачи – как любил их Хуан Диего! Он обожал доктора Марисоль Гомес; он был предан своему дорогому другу доктору Розмари Штайн. А вот и чудесный доктор Хосефа Кинтана! Хуан Диего любил Кларка, но разве Кларк заслуживал такой жены?
Она «просто появляется», сказала девочка с косичками о таинственной госпоже. И разве паренек-водитель не подтвердил, что госпожа просто появилась?
И все же разговор об аквариуме получился напряженным; все, даже Хуан Диего, и думать забыли о незваной гостье в тот момент, когда маленький геккон упал (или спрыгнул) с потолка. Геккон приземлился в нетронутое севиче рядом с Хуаном Диего, как будто крошечное существо знало, что это ничейное блюдо с закуской. Геккон, казалось, вмешался в разговор, как представитель единственного свободного места за столом.
Ящерица была не толще шариковой ручки и в половину ее длины. Две женщины вскрикнули; одна из них, нарядно одетая, сидела прямо напротив незанятого места таинственной гостьи – ее очки были забрызганы цитрусовым маринадом. Ломтик манго соскользнул с тарелки в сторону пожилого мужчины, которого Хуан Диего принял за хирурга на пенсии. (Они с Хуаном Диего сидели по обе стороны свободного стула.) Жена хирурга, одна из тех самых читательниц «определенного возраста», вскрикнула громче, чем нарядно одетая, которая теперь пришла в себя и вытирала очки.
– Черт бы их побрал, – сказала нарядно одетая.
– И кто тебя пригласил? – спросил хирург на пенсии маленького геккона, который теперь неподвижно сидел на ничейной закуске.
Все, кроме тетушки Кармен, засмеялись; маленький, с озабоченным видом геккон, очевидно, не вызывал у нее смеха. Геккон, похоже, был готов к прыжку, но куда?
Позже все скажут, что геккон отвлек на себя их внимание, потому никто не заметил стройной женщины в бежевом шелковом платье. Она просто появилась, подумают все позже; никто не видел, как она подошла к столу, хотя она была очень броской в этом своем идеально сидящем платье без рукавов. Казалось, она незаметно скользнула к ожидавшему ее стулу – даже геккон не заметил ее приближения, а гекконы всегда начеку. (Если вы геккон и хотите остаться в живых, вам лучше быть начеку.)
