Ночной ветерок, наполненный запахами душистых трав нежно дул в лицо, где-то неподалеку всхрапывали кони, трещал костер, пытаясь языками своего пламени дотянуться до звезд. Чуть в стороне от костра, под грубо сколоченным трехстенком, ее муж что-то сосредоточенно объяснял старшей дочери. Руки у него были перевязаны бинтами. В этом сооружении, служившим молчаливым позором для любого уважающего себя плотника, были еще люди, и даже двенадцатилетняя девочка — ровесница одной из ее дочерей.
Несмотря на легкое ошеломление от странности всего происходящего, Лалина сердцем почувствовала, что здесь все хорошо: у людей были добрые и спокойные лица.
Вдруг старшая дочь подняла глаза и, вскочив с лавки, бросилась к ней. Над возвышенностью раздался полный радости крик: «Мама!»
Магесса Рина не любила спиртное. Но сегодня ей было без него никак не обойтись. Это был уже третий трактир, в котором она останавливалась со времени гибели своей группы. В двух первых расслабляться не стоило, но этот отличался от предыдущих — он принадлежал Короне.
Три малозаметных царапины, расположенные определенным образом за выщербленным столом были свидетельством того, что избранные, знавшие этот знак, здесь могут быть в безопасности. Точно такие же царапины должны быть на всех угловых столах этого заведения.
— Позови хозяина — приказ к подскочившей девчонке, исполнявшей роль «официантки». Может быть слишком резкий, чем следовало.
Через минуту появился хозяин, полноватый мужчина лет сорока с черными усами.
— Принеси-ка мне чего покрепче, хозяин — сказала Рина, на мгновенье раскрыв ладонь с пластинкой из альбентума.
Мужчина бросил взгляд на ладонь и понятливо кивнул.
Вскоре на столе появилась легкая закуска и бутылка крепкого вина.
— Ваша комната готова. Не желаете отобедать там? — обратился усач к Рине, подразумевая куда как более богатый стол и более изысканные блюда, чем те, которые обычно должны подаваться в столь небогатом заведении.
— Посижу здесь полчасика, потом пойду к себе — ответила магесса.
Снова понятливый кивок и хозяин удаляется за стойку.
Спиртное обожгло горло. Приятная теплота растеклась по телу. Мысли перестали хаотично скакать в голове. Каждая из них заняла положенное место, готовясь к своей очереди для последующего анализа.
Итак. Все мертвы. Почему? Как? — все это сейчас неважно. Важно другое: что дальше будет с ней? Единственный выживший член «ищейки» будет вызывать у Винда много подозрений. Ну, это еще можно пережить, в конце концов, дознаватели по ауре определят, что она не врет. Проблема в другом: как она объяснит свой купол и тот взрыв? Тут ей нечего сказать. Если эта способность еще осталась при ней, то ее руководство справедливо сочтет такого сотрудника опасным и непредсказуемым, а непредсказуемость в их жесткой иерархической структуре — самый быстрый путь оказаться в безымянной могиле. Может все не так плохо? Ладно, допустим, Винд ее не убьет… сразу. Но он наверняка захочет побольше разузнать про этот купол — не такой он человек, чтобы пропускать мимо себя такое «оружие». Значит, ее ждут опыты, опыты, еще раз опыты и никакой полевой работы. Рина попробовала поставить себя на место Винда: отпустила бы она сама себя после этого? — конечно нет, тут никакие заслуги не помогут.
Убьет — не убьет, убьет — не убьет — стала гадать магесса, смотря на остатки темного вина в стакане. Тут Рина вспомнила Варласа, с его забитыми землей глазницами и ртом. Там ведь еще не было трупных червей — подумала она. Перед глазами появились белые опарыши, медленно пожирающие ее обнаженное тело, придавленное тоннами грунта — от этой ассоциации магессу передернуло. Это страшное видение, наверняка навеянное спиртным, заставило ее поставить точку в размышлениях о том, стоит ли возвращаться к своим. Переночую сегодня здесь, а потом двинусь на север — подальше от Форлана, возможно увижу Великий Океан.
Можно заглянуть к Кире: вдруг девушка захочет ей составить компанию. Магесса не боялась, что ее будут искать у спасенной: Ракс не должен был докладывать о произошедшем — они все тогда действовали не по протоколу.
Рина чувствовала себя достаточно сильной, чтобы защитить в дороге и себя и своих попутчиков — архимаг четырнадцатого уровня способен раскатать в блин на своем пути и простых разбойников и патрули стражи, усиленные магами вплоть до десятого уровня. Последнее, впрочем, огромная редкость, вероятность столкнуться с которой чрезвычайно мала даже в военное время.
Хлопнула входная дверь и в трактир, испуганно озираясь, заскочила девушка лет двадцати- двадцати трех. Судя по одежде — простая крестьянка. Увидев единственную женщину в этом заведении, незнакомка без спросу села за столик Рины. Перед магессой появились испуганные глаза, и трясущиеся от страха руки, которые их хозяйка явно не знала, куда сейчас пристроить.
Следом за незваной гостьей в трактир ввалились четверо мужчин в возрасте от двадцати до сорока. Одеты хуже чем наемники, но все при оружии.
Увидев беглянку за столом с наемницей, они притормозили. Чуток посовещавшись, четверка подошла к столу с магессой.
