Она даже не подняла на него глаз, а ему-то хотелось увидеть, что сейчас в них…
– Скажи, а когда тебе последний раз делали прививку от столбняка? – спросил он, чтобы отвлечься от этих мыслей.
Ева глянула на него и задумалась. Потом сказала:
– Около года назад. Прошлой весной.
– Хорошо. Если окажется, что надо будет наложить швы на рану, я отвезу тебя в «Скорую помощь» после ужина.
– А ты что, разве сам не можешь это сделать? – удивилась Ева. – Зачем тратить время на поездку куда-то? И я лучше заплачу тебе.
Адам слегка нахмурился. Ему очень хотелось высказаться насчет ее денег, но он передумал.
– Думаю, справился бы с твоей раной, но пусть лучше это сделает специалист.
– Да? А ты на чем специализируешься?
– Лучше сказать – на ком. У меня в основном четвероногие пациенты.
– Так ты ветеринар? – возмущенно воскликнула Ева. Адаму стало смешно.
– А что? – с улыбкой спросил он. – Очень нужная профессия.
– Да, я знаю, но ты же занимался моей ногой и…
– Рана всегда – только рана. Не важно, сколько у тебя при этом ног.
– Да, но… – не могла успокоиться Ева.
Тут он уже не смог сдержаться и расхохотался. Ева закусила губу и отвернулась.
– Но тут есть одна существенная разница, – заметил Адам.
Она глянула на него искоса.
– Какая?
Он старался говорить очень серьезно:
– Понимаешь, внимательно рассмотрев твою ногу, я пришел к выводу, что она гораздо красивее, чем у любой лошади.
Адам давился от смеха. Ева не знала, что и сказать. Помолчав, она проговорила:
– Надо понимать, это комплимент? Но меня никогда еще не сравнивали с лошадью.
Тут уж Адам рассмеялся:
– Ну что ж, все когда-нибудь приходится испытывать впервые.
– Чувствую, что я приобрету большой опыт, находясь рядом с вами, доктор Вагнер! – сказала Ева, у которой тоже улучшилось настроение.
– Адам, – поправил он, не глядя на нее.
– Да, но я вполне могу без этого обойтись.
Ева не имела в виду ничего личного, но сама почувствовала двойной смысл в своих словах. Черт возьми! Получилось, что он не представляет для нее никакого интереса. А она только хотела оградить себя от его подшучивания.
Тем не менее Адам явно помрачнел. Насколько Ева могла заметить – в машине было довольно темно, – выражение лица его стало непроницаемым. Он смотрел вперед, на дорогу, и молчал. Скорее всего ему не понравилось, как она отнеслась к его профессии. Но ведь она просто удивилась!
Ева решила исправить положение, хотя, казалось бы, не все ли ей равно, как Адам к ней относится?
– А каких животных ты лечишь? – спросила она.
– Всяких. Ну, лошадей и скот в основном. Я – единственный ветеринар на всю округу. Приходится с утра разъезжать по фермам, чтобы осмотреть крупных животных, а маленьких приносят ко мне в клинику.
– А собаки, кошки и прочие домашние животные?
– Эти относятся к маленьким.
– Понятно. Работы много, как я вижу. Хотя я не знала, что ветеринары работают до поздней ночи, особенно по субботам, – заметила Ева без всякой задней мысли, но тут же поняла, что совершила бестактность, так как Адам насупился. – Извини, я не сообразила, что у тебя могут быть и личные дела.
– Да, поначалу это был обычный вызов, а потом превратился в нечто другое, – бросил он, при этом как-то странно передернувшись.
Ева не могла не заметить недовольства на его лице – видимо, воспоминание об этом было неприятно.
Адам больше ничего не сказал, Ева не стала расспрашивать. Наступило молчание. Они ехали по городу, и Ева с интересом глядела в окно на освещенные редкими фонарями улицы, на дома за живыми изгородями, магазинчики… На мгновение фары осветили табличку с названием улицы. Ева рассмеялась:
– Ой! Зачем же надо было называть улочку Кровавый переулок? – спросила она.
– Погоди, сейчас вспомню, – ответил Адам и даже почесал затылок. – Можно считать, что такое название появилось после междоусобной перестрелки в 1800 году, но на самом деле Блад (Blood – кровь (англ.).) – это фамилия одной влиятельной семьи, проживавшей здесь.
– В 1800 году? – удивилась Ева. – Господи, неужели этот город такой старый?
– Здесь образовалось поселение почти в то же время, когда появился Чикаго, но город сформировался к 1830 году, – сообщил Адам, потом глянул на нее с усмешкой и добавил: – Если Кровавый переулок кажется тебе диким названием, то что ты скажешь о Лягушачьей аллее?
Ева расхохоталась от всей души.
– А моя долина называется Привидение, – сказал он.
– Серьезно? – удивилась Ева. – А почему «твоя» долина? Значит, ты там живешь?
– Да, живу, но, кроме того, еще являюсь владельцем долины, – объяснил Адам. – А название… Там есть болото. В старину люди видели в нем пляшущие огоньки и думали, что это привидения. Поэтому и назвали так долину.
Теперь-то всем известно, что это болотный газ вызывает подобные явления. Но такое объяснение неинтересно – вся прелесть пропадает.
Ева не могла не согласиться с ним.
– А тебе действительно принадлежит вся долина? – поинтересовалась она.
– Почти вся, в общем большая ее часть. Я вместе с городским банком – основной владелец, и всего несколько участков принадлежат другим хозяевам.