Посетители трактира наперебой начали выкрикивать названия песен, требуя, чтобы девушка исполнила их. Она растерялась, обводя глазами зал, не зная, на чем остановиться. Потом решительно тряхнула головой, заправила за ухо упавшую на лицо прядь, и резко рванула струны маленькой арфы. Инструмент жалобно взвыл. Табур довольно улыбнулся и устроился на скамье поудобнее, приготовившись слушать песню.
Табур постукивал носком сапога по полу в такт музыке, думая о том, что у людей совсем пропала почтительность к великим, раз сочиняют такие песенки. Но прыгающая мелодия была весела, слова песни вызывали улыбку, маг подумал о том, как бы расстроился Эврэй Ха-Мин, Повелитель Камней, узнав, что о нем поют такое в трактирах. Внезапно он нахмурился, вспомнив известную поговорку о том, что дыма без огня не бывает. «О, Миштара! Неужели эта потешная история — правда? Но ведь тогда… Ах, Мэцах, ты спрашивал — кто может быть настолько безумен, чтобы решиться разбудить зверя? Да что может быть безумнее мужчины, который волей женщины лишился мужества?»
— Табур вскочил, опрокидывая скамью. Арфа задушенно взвизгнула и умолкла. Певичка смущенно смотрела на возвышающегося над ней мага.
— Спасибо, милая, — Табур бросил на колени девушки еще один золотой.
— Тебе не понравилось, господин?
— Все в порядке. Мне понравилось. Продолжай петь, возможно, я еще вернусь.
Девушка с облегчением кивнула головой. Ведь в случае недовольства посетителей трактира ее пением, хозяин просто выгонит ее. И тогда придется искать другой трактир, опять договариваться и унижаться. Но, кажется, этому странному человеку понравилась ее песенка, раз он обещал вернуться. А, возможно, не только песенка. Певица мечтательно посмотрела вслед выходящему Табуру, протяжно вздохнула и затянула очередную балладу, под аккомпанемент стучащих по столам чаш и кружек.
