Ри молчала, я тоже не знал, что сказать. Наконец, девушка пошевелилась и попыталась отстраниться. Лицо пленницы скривилось. И я не мог понять, каких эмоций на нём теперь отражалось больше: рассеянности, ненависти или... омерзения?
- Отпусти.
Я вздохнул и поставил пленницу на ноги, сделал шаг в сторону.
- Почему ты меня так ненавидишь? - тихо спросил я.
- И ты еще спрашиваешь?! Хотя да, всё время забываю, ты же не понимаешь! Если даже на минуту забыть, что твои соплеменники истребили целую расу, если сосредоточиться на мне лично... Какой-то проклятый эльф обрюхатил мою матушку и тем самым сломал ей жизнь. Всего через несколько часов уничтожат саму мою суть и все воспоминания. Этого недостаточно?!
- Ты сама говорила, что нельзя одно существо судить по целой расе.
- И что? Ты мой господин, а я твоя рабыня. Значит, всё, что делают со мной, происходит с твоего попустительства. Значит, в этом твоя вина.
- Я ничего не могу изменить! - сорвался я.
- Или просто не хочешь, - зло усмехнулась девушка.
- Не могу, - упрямо ответил я.
- Как скажешь! Хочешь обманывать себя - пожалуйста! Но со мной этот фокус не пройдет, не из той глины слеплена, - опять ощерилась в улыбке огненноволосая дикарка.
- Ри, я...
- О, можешь не извиняться. Знаешь, где у меня все твои извинения и сожаления сидят?! - пленница резко чиркнула рукой по своему горлу.
Я вздрогнул и отвернулся. Слишком уж неприятную картину нарисовало разгулявшееся воображение. Или, может, я вспомнил недавний кошмар?..
- Ты забываешься!..
- Как мило, теперь ты мне угрожаешь! - рассмеялась полукровка. - Интересно, чем? Что ты такого со мной можешь сделать? Убить? Да я сама тебе шею подставлю или другую часть тела, которую ты предпочитаешь... Изнасиловать? Я и так скоро буду вся твоя! Но если ты не хочешь ждать, то попытайся, может, и получится.
И тут я, наконец, понял, что у Ри истерика, нервный срыв. А ведь я еще недавно жаловался на несправедливость судьбы, на то, что мне тяжело пришлось в последнее время. Вот только дикарке было во сто крат хуже!
Я, молча, открыл бар и скептически осмотрел имеющиеся в наличие бутылки. Сейчас не до изысков, сейчас что-нибудь да покрепче. О, грана! Она же 'огненная вода'. Помнится, я раздобыл эту бутылку, когда узнал, как этот напиток популярен среди людей, да и некоторые лоэл'ли 'огненной водой' увлекаются. Вот только я грану пить не смог, одного маленького глотка хватило, чтобы понять насколько эта жидкость не подходит для моего организма, но бутылку поему-то не выбросил, сохранил. А вот Ри это сейчас, пожалуй, то, что нужно!
Щедро плеснул ядреной жидкости в бокал и протянул его девушке. Ри настороженно принюхалась, глаза её удивленно расширись, а потом пленница вырвала бокал у меня из рук и осушила его одним махом.
Я ожидал, что дикарку скрутит от 'огненной жидкости', вывернет наизнанку, что она хотя бы поморщится, но Ри лишь довольно крякнула, а затем удивила меня еще больше, так как потянулась за бутылкой. И я отдал, не стал противиться. Пусть пьёт, если это поможет ей прийти в себя, если её желудок с этой жуткой гадостью справляется.
Словно завороженный я смотрел, как пленница лакает огненное пойло. Всё-таки Ри очень разная. Нет, не так - непостижимая! Временами она выражается как обитатель городского дна и ведёт себя соответственно, но в следующую секунду невероятным образом меняется - и манерами, и речью становится неотличима от какой-нибудь высокородной лоэл'лины. Нет, не какой-нибудь! Ри умна, а этим достоинством обладают далеко не все эльфийские девушки... Наверное, это то, что называют породой - её не спрячешь и не скроешь. Не единожды я задавался вопросом: какая она - настоящая Ри? Ведь пленница рассказала о себе очень мало, да и то, без сомнения, половина этого была искусной ложью.
- Кстати, раз уж у нас зашел столь любопытный разговор, - вдруг совершенно спокойно сказала Ри, утолив жажду, - не поведаешь ли ты мне напоследок кое-что? Вы сумели выяснить что-нибудь про моего папашу?
Язык у Ри, несмотря на то, что она вылакала не меньше половины бутылки, никоим образом не заплетался, на ногах девушка держалась твердо, да и вообще выглядела абсолютно трезвой.
- Нет, - покачал головой я. - Сделать это не так легко. Этим потом займутся...
- В Инкубаторе, - криво усмехнулась пленница.
Ри не спрашивала, она утверждала, но всё же я посчитал своим долгом ответить:
- Да.
- Что ж, говорить мне с тобой больше вроде как не о чем, так что можешь идти. Хочу побыть напоследок наедине с самой собой и своими мыслями, а не принцев беседами развлекать.
И я ушел. Тихо, молча, не произнеся ни слова. Ушел, потому что понимал, что это единственное, что я сейчас могу для Ри сделать. Но не успела еще дверь захлопнуться за моей спиной, как понял, что не прав. Я мог для Ри сделать еще кое-что. Нет! Должен был! Обязан! И пусть шанс на успех поистине ничтожен, но не сдаваться же опять без боя!
