Говоря это, он услышал прибой у новых скал прямо впереди. На этот раз он, не колеблясь, повернул яхту туда, куда указала светловолосая фигура. И Аммет почти сразу же протянул руку в другую сторону.
Волны грохотали по обе стороны от «Дороги ветров», в разгорающемся рассвете пена казалась желтовато-белесой. Митт обнаружил, что, следуя указующей руке Старины Аммета, ведет яхту через такой лабиринт рифов, о каком ему даже думать было страшно. Пару раз, несмотря на всю помощь Старины Аммета, глубоко сидящий в воде киль «Дороги ветров» скрежетал по камням, и ее бросало вбок оттоком волны. Тогда Митт ощущал, что Либби Бражка помогает ему налегать на румпель, снова выравнивая яхту. И он улыбался, несмотря на страх. Небо стремительно светлело. Если так пойдет и дальше, то скоро можно будет как следует разглядеть рифы. Старина Аммет с каждой минутой все больше походил на человека. А если Митт чуть скашивал глаза, то видел белую руку, лежавшую на румпеле позади его собственной. Ради такого стоило пройти через опасности.
Последний риф он уже ясно увидел сам. Там кипела и металась желтая вода. Уже почти рассвело. А потом настал день. Солнце встало, и море стало выглядеть так, словно его осыпали битым стеклом. Грот казался сшитым из золотой парчи, остров перед ними был наполовину золотым, а кружившие над ним птицы походили на ослепительно белые мазки краски. Туман по правому борту стал расплавленным берегом. И единственным признаком присутствия Старины Аммета была щетина освещенной солнцем соломы за мачтой. Либби Бражка снова превратилась в разноцветную комковатую фигурку, привязанную бечевкой. И Митта это так разочаровало, что он больше ни о чем не мог думать.
А потом он опомнился. Нагнувшись, он прошептал в сторону каюты:
— Впереди остров! Идите смотреть!
В каюте зашевелились и начали спотыкаться. К глубокому отвращению Митта, на палубе появился Ал. Он моргал и потирал щетинистый подбородок. Ал посмотрел в сторону острова. А потом хладнокровно открыл рундук, взял последний кусок творожного кекса и стал жевать, глядя на остров. Йинен и Хильди тоже вылезли из каюты. Они посмотрели сначала на исчезающий кекс, а потом — на остров.
— Это — остров Тулфа, — заявил Ал с набитым ртом.
— Вы уверены? — спросил Йинен. — Я считал, что он гораздо больше этого.
Остров был похож на большую скалу, окруженную плавающими чайками, которые издавали протяжные жалобные крики.
— Совершенно уверен, — ответил Ал. — Нам туда. — Он махнул рукой в сторону закрытой туманом бухты.
— Попробую, — с сомнением ответил Митт.
Ветер был слабый, да и тот время от времени прекращался вовсе. Митт повернул румпель и стал опускать грот. Плавно покачиваясь, «Дорога ветров» вплыла в облако тумана, скрывавшего землю.
— Осторожнее! — крикнул Йинен.— Берег ужасно близко!
Митт уже и сам это понял. Это был невысокий зеленый холм, окутанный туманом, и до него оставалось всего сотни три шагов. Он снова резко передвинул румпель. «Дорога ветров» изящно повернулась и пошла вдоль берега, не заходя в туман.
— Это неправда! — гневно сказал Митт Алу. — Вблизи от Тулфы нет земли. Так ты знаешь, где мы, или нет?
— Более или менее представляю, — отозвался Ал. — Поворачивай обратно.
Чтобы это сделать, нужно было идти галсами. И кроме того, Митт совершенно не доверял Алу. Он колебался — и посмотрел назад, за Либби Бражку... И увидел выходящий из тумана корабль.
Солнце упало на его топсели и многочисленные шитые золотом вымпелы. Митт снова повернулся обратно: — Какого...
Молчание Йинена и Хильди почти подсказало ему, что происходит. Ал снова держал в руке ружье Хобина. Митт обнаружил, что смотрит в шесть его смертоносных дул.
— Делай, что тебе сказано! — рявкнул Ал.
Он сделал шаг к Митту, и тот приготовился к тому, что сейчас его застрелят. Ему стало горько и обидно. С другой стороны, он полагал, что заслужил это. И еще очень опасался, что будет больно.
А потом совершенно неожиданно Ал просто его ударил. Сильный удар попал Митту в живот, и мальчик тяжело сел на рундук, кашляя и задыхаясь. Он чувствовал страшную ярость, смущение — и полную беспомощность. «Дорога ветров» вильнула под слабым ветерком. Йинен положил руку на румпель и снова убрал ее, когда толстый короткий ствол повернулся в его сторону. Опасности не было. «Дорога ветров» просто закачалась, скрипнула и обмякла — точь-в-точь как Митт.
Большой корабль подплыл ближе. Уже слышно было, как скрипят его снасти, и видны сияющие капли, оставленные туманом на его парусах. Он навис над «Дорогой ветров» словно дом и заслонил последние остатки ветра. Ал с ухмылкой рассматривал высокий борт и был очень доволен собой.
— Все получилось просто прекрасно! — заявил он.
Прыгнув на крышу надстройки, он побежал вдоль борта, крича:
— Эй, на «Пшеничном снопе»! Эй, вы там! Бенс! Бенс на борту есть?