Дара вздохнула, она все понимала, и будь девчонка простой орочкой — все было бы намного проще, но… слишком много «но»…
— Послушай, — мягко произнесла Дара, — я не могу принимать какие-либо решения без моего брата. Я не знаю правил и не хочу, чтобы мои действия влияли на мою новую семью.
— Я понимаю, я подожду.
— Хорошо, давай кто-то отведет тебя домой, пока…
— Нет! Я не поеду. Я буду ждать здесь. И если… если решение будет не в мою пользу, я все равно не вернусь домой. Это мое решение! — Юла сжала кулаки и устремила взгляд вперед, в пустоту.
— Хорошо, мягко проговорила Дара, пойдем во дворец, не будешь же ты тут сидеть на земле. — Хотя по воинственному настрою орочки, можно было понять, что этот вариант она рассматривала как вполне рабочий. Юла кивнула и позволила себя увлечь в сторону дворца. Девушку оставили в покоях Дары.
— Орэл, пошли за главой гильдии, очень непростая ситуация, я проверю — вернулся ли Гхнык, нужно решить это все без крови и скандала.
Орк кивнул и отправился на выход. Девушка же отправилась к брату в кабинет, особо не питая надежду, что застанет его на месте.
Кабинет брата был пуст, и девушка устало опустилась в кресло. Но стоило ей расслабиться и смежить веки, погрузившись в свои мысли, как дверь кабинета хлопнула, впуская взъерошенного Гхныка.
— Все, больше я с ними не общаюсь, хотя бы пару лет. Это же надо быть такими занудными и вредными! — он с размаха сел в свое кресло и залпом выпил весь кувшин воды. — Как отец с ними вообще столько лет договаривается⁈
— Так в итоге то что? Дали нам подкрепление из шаманов или нет?
— Дали десять боевых шаманов. Это меньше, чем я ожидал, но больше, чем ничего. Плюс, мы договорились, что если кто-то захочет пойти добровольцем, то ковен не будет препятствовать.
— Отлично! Ты мой герой! — девушка обняла брата, уткнувшись носом в грудь. — я тоже договорилась, но есть одна мааленькая проблемка. — орк тяжело вздохнул.
— Выкладывай, но сдается мне, по твоему голосу, что там не совсем маленькая проблемка.
Дара подняла голову и начала рассказывать про свои приключения, когда рассказ дошел до ситуации во дворе с Юлой, орк обреченно возвел очи к небу.
— Я так понимаю, что ты хочешь ее оставить.
— Да, ты же сам догадываешься, что она останется, в любом случае. Пусть сейчас мы откажем. Она же увяжется за нами. Вот как пить дать. Вынырнет уже где-то на стороне людей. А так у меня хоть будет время ее немного поднатаскать.
— Эх, мало мне было сегодня шаманов, сейчас еще этот ушлый оружейник мне последние нервы вымотает.
— Прости…
— Да чего уж там, я все понимаю. И поступил бы так же.
Дара еще раз обняла брата, крепко-крепко.
— Спасибо тебе за все, особенно за семью.
— Тебе спасибо, за тебя. — Он аккуратно потрепал ее по голове, — ну что, пошли за твоей воительницей. Будем разбираться.
Девушка сидела у Дары в комнате на краешке стула, при виде Гхныка она слегка побледнела, но встала и с вызовом посмотрела в глаза принцу. Гхнык улыбнулся краешком губ.
— Добрый день, юная леди. — мягко произнес орк.
— Добрый день.
— Моя сестра немного рассказала мне о тебе. И о ситуации с тобой и твоим отцом. Он сейчас подъедет, и мы все вместе поговорим. Хорошо?
— Хорошо.
Было видно, что девчонка нервничает, однако старалась вести себя спокойно и сдержанно. Все трое покинули покои Дары и отправились в кабинет для переговоров, который предназначался для приёма высокопоставленных лиц. Видимо, принц решил заранее немного задобрить главу гильдии оружейников, чтобы тот не решил подложить им свинью с поставкой вооружения.
Не прошло и получаса, как дверь отворилась, пропуская господина Вара. Он был хмур и раздражен, ноздри широко раздувались и трепетали, сдерживая тяжелое дыхание орка.
— Добрый день! — он поклонился принцу и Даре, — прошу прощения за свою дочь, ее воспитание немного хромает, однако, я обещаю, что я со своей стороны приложу все усилия, чтобы исправить сию досадную ошибку.
— Что вы, ваша дочь очень хорошо воспитана, — Гхнык жестом предложил гостю сесть, — и ничуть не побеспокоила нас. Однако, у нее к нам была одна просьба, и моя сестра склонна ее удовлетворить, но перед этим мы хотели поговорить с вами.
— Просьба, — брови орка поползли вверх, — чего же тебе не хватает, доченька, что мы сейчас находимся у таких уважаемых господ, что тебе понадобилось такого, чего я не могу тебе дать? — он выжидательно посмотрел на свою дочь. Юла сидела напротив отца, опустив голову и рассматривая свои руки, будто пытаясь найти там ответы на свои вопросы, она вздохнула и подняла голову, глядя в глаза отцу.
— Свободы, мне нужна свобода, свобода делать то, что я хочу, чего желает мое сердце и душа. Ты же знаешь, о чем я мечтаю с самого детства, знаешь, но усердно пытаешься сделать из меня того, кем я не являюсь и не хочу быть. Сделать то, что правильно с твоей точки зрения. Но…ты ведь сам знаешь, что это не мой путь, знаешь, но продолжаешь усердно гнуть свою линию. Отец, я так больше не могу. Если ты настоишь, и ее высочество мне откажет — я уйду из дома, куда глаза глядят, но так жить я больше не хочу и не могу.
