– Там номера. Для тех, кто хочет уединиться, – так же улыбчиво ответила ей девушка.
– Уединиться? – удивилась Яна.
– Ну, нужно вам, например, провести вечер с кем-то тет-а-тет, вы и заказываете себе столик в таком номере. Ужинаете в полном уединении.
– Понятно, – ответила гадалка, про себя подумав: «Интересно, с кем это уединился Три Семерки и почему так надолго?»
– А вы хотели бы заказать номер? – шепотом, лукаво спросила барменша и, не дожидаясь ответа, подморгнув, сказала: – Очень рекомендую. Многие дамы пользуются. А насчет конфиденциальности не беспокойтесь. Комар носа не подточит. Есть даже черный выход.
– Да нет, это я так, интересуюсь просто, – ответила Милославская.
В этот момент в дверях показался Три Семерки и негромко окликнул ее:
– Яна Борисовна!
Гадалка обернулась и облегченно вздохнула.
– Ну наконец-то! – тихо сказала она ему, подойдя. – Ты долго.
– Зато результативно, – Руденко подморгнул ей. – Выйдем.
Яна засеменила за приятелем.
– Заждала-ась, – протянула она, поглаживая Джемму и отвязывая поводок.
Пока Милославская делала это, все существо Семена Семеныча выражало нетерпение, и Яне это позволяло думать, что он вернулся не с пустыми руками. Торопливо освободив собаку, она вышла из помещения вслед за Руденко и тут же взволнованно спросила:
– Ну что?
– Поговорим в машине, – отрезал он и направился к «шестерке».
Сев за руль, Семен Семеныч сразу тронулся с места.
– А как же? А что же? – удивленно залепетала Милославская.
– Отъедем немного, – спокойно пояснил тот.
Яна не стала ничего больше спрашивать, поняв, что с таинственным источником информации все на самом деле обстоит очень серьезно и что Три Семерки не может сейчас рисковать, забывая о мерах предосторожности.
Квартал закончился, но Руденко все молчал. Миновали еще три улицы, свернули на Набережную и, только остановив машину в сени трех огромных кленов, росших прямо у берега, Семен Семеныч заговорил.
– Фу! – облегченно и радостно вздохнул он.
Милославская накинулась на него с расспросами.
– Все, как мы и предполагали! – радостно сообщил он, прижимая подругу к себе.
– То есть? Говори яснее, – широко улыбаясь, проговорила Яна.
– Клубу кладоискателей 2»Монета» 0посчастливилось: они откопали старинное оружие, 2 карабин, 0 но его 2у них в одной неприятной потасовке отж 2а 0ла местная бандитская группировка 2, братва, – 0 Руденко сглотнул скопившуюся слюну.
– Ну? Я это уже слышала!
– Ты же просила яснее. Я и говорю, чтоб ясно было. Убийство этого чертова кладоискателя 2– 0–2 0дело рук этой группировки.
– Уверен? – выкатив глаза, протянула гадалка.
– Во всяком случае, карабин от них ни в чьи руки не переходил!
– Но это не доказательство!
– Слушай дальше: с некоторых пор директор оптовой базы «Садко» с этой бандитской группировкой в очень тесных отношениях…
– Ты думаешь… Ты думаешь, что после убийства он прятал у себя этот карабин по их приказу?
– Именно так! Почему он Ваське тому не велел трогать ту колымагу? А? Соображаешь?
– Ты веришь, что завгар ни при чем? – с сомнением спросила Яна.
– Не верю, а знаю.
– Что?
– Его непричастность – это факт установленный. Я сейчас только ребятам в отдел звонил, сказали, что Василий невинен, как дитя. Поработали с ним как следует, им верить можно.
– Ну, хорошо. Шеф ему сказал – машину не трогать. А если бы он тронул? Ведь это рискованно…
– Значит, уверен был, что не тронет. Значит, авторитет он у своих людей имел. К тому же то, что он теперь связан с бандитами, он сам считал огромным для всех секретом, и то, что об этом уже осведомлены органы, даже не предполагал, как и сами братки, впрочем. Да и Джемма, как ты заметила, не сразу находку схватила: подкопать пришлось. Я тебе больше скажу: мы на то место вчера ездили, в смотровой яме тайник был, свежевырытый, маленькой железной заслонкой отгороженный… К сожалению, этот недотепа не знал, что на свете существует Яна Милославская, – Руденко засмеялся.
– Вот это да! Что же ты сразу вчера ни о чем не сказал?! – с обидой произнесла гадалка.
– Во многом уверен не был. Не люблю опережать события.
– И что теперь с директором базы?
– Что, что… Взяли его! Посадили в одиночку, обвинение предъявили, дело завели…
– Это же глупо! – потрясенная, воскликнула Милославская.
Три Семерки посмотрел на нее удивленно.
– Пока вы с ним разбираться станете, крупная рыба, настоящий улов уйдет прямо из рук! – чуть не со слезами на глазах проговорила гадалка.
– Эх, Яна, Яна, – посмеиваясь, протянул Семен Семеныч, – мы что, первый год работаем? Все сделано тихо. Никто и не знает, что его взяли. Даже жене отзвонились, сказали, что в срочную командировку отбывает.
Гадалка недоверчиво поглядела на друга и улыбнулась. Некоторое время они молчали.
– Ну, чего невеселая такая? – спросил Руденко, искоса глянув на Милославскую и увидев, что она опять нахмурилась.
– Не понимаю главного, – вздохнув, ответила Яна, – как все это связано с моим делом?
– Фу ты, тоже мне проблему нашла! – воскликнул Три Семерки, но тут же задумчиво проговорил: – Хотя да, это проблема…
Он замолчал, но буквально через пару секунд оптимистично воскликнул:
