Из уцелевших припасов на блокпосту нашелся компактный дизель-генератор, пара канистр солярки, несколько ящиков боекомплекта, еда и немного медикаментов. Одну канистру Соболев распорядился забрать. Бойцы подхватили несколько ящиков с патронами и распределили по грузовикам. Прихватили также и пару уцелевших пулеметов Калашникова, пяток автоматов и прочие «веселые железяки». Их всегда можно было «загнать» на ближайшем оружейном рынке. Или же поменять на что-то более необходимое. Та же участь постигла и рации с мобильными телефонами, нашлись даже несколько «планшетников» с памятью, забитой порнухой и американскими боевиками. «Дикие бандерлоги» устраивали, по-видимому, «вечера культурного досуга».
Тела бандеровцев перетащили в блиндаж и хорошенько облили солярой из второй канистры. Когда колонна грузовиков тронулась в путь мимо разгромленного блокпоста, за замыкающим броневиком поднялся огромный столб пламени. Заразу бандеровского национализма нужно выжигать с лица земли!
К конечному пункту назначения – в Горишни Плавни – автоколонна из Донецка ехала через Кременчуг. Так было безопаснее, поскольку в окрестностях города, в разросшихся и одичалых за время войны лесах, орудовали банды националистов-«отморозков», которых весьма интенсивно отстреливали местные из батальона территориальной обороны.
Когда-то, еще в самом начале войны на Донбассе, батальон «Кременчуг» ни шатко ни валко отправился в так называемую «зону АТО». Воевали кременчужане мало, больше стояли на блокпостах. Как это ни парадоксально, но командование бандеровских карателей не слишком-то доверяло самым что ни на есть «щирим украïнцям», и на то были веские основания. Большинство из Центральной Украины пошло в солдаты, просто понимая, что кнутом обуха не перешибешь. Многие, особенно из старшего поколения, еще помнили советские времена, эта память не позволяла откровенно мародерствовать и тиранить местное население. Ну, приехали, постояли на блокпостах, постреляли – большей частью поверх голов. Правда, без потерь все же не обошлось. Но и потери, и увечья были встречены с извечным украинским фатализмом.
Сам Кременчуг был вторым городом в Полтавской области после собственно областного центра. Здесь еще работали кое-какие промышленные предприятия, в частных домах и в предместье люди держали большие огороды и домашнюю живность, а потому город мог существовать относительно безбедно. Как водится в здешних краях, въезд прикрывали блокпосты с бетонными огневыми точками и противотанковыми ежами. Возле поднятого шлагбаума скопилась небольшая очередь грузовиков, легковушек и рейсовых автобусов.
За баррикадами из автомобильных покрышек и мешками с песком притаились два бронетранспортера. Это были старенькие «семидесятки», но когда к блокпосту приблизился «Носорог», черные жала крупнокалиберных пулеметов на БТРах зашевелились, отслеживая цель. Все это было уже привычным в их вояже в глубь современной Украины.
Ожидание на блокпосту было недолгим – всего-то около часа, пока Николай Иванович улаживал формальности на очередной «незалежной внутренней таможне».
Пока он бегал с документами, предприимчивый Фаря успел сменять три донецких армейских сухпайка на ленту в полсотни 14,5-миллиметровых патронов к пулемету Владимирова. Капитан Соболев только усмехнулся, видя подобную «деловую активность». Но в любом случае боекомплект лишним не бывает.
– Смотри, чтобы пулемет из-за херовых боеприпасов «клина не поймал»!..
– Все путем, командир! Я ведь каждый патрончик проверил.
– Ну-ну…
Танкисты-автомобилисты фирмы «Эх, прокачу!» сидели на броне своих машин, курили, перебрасывались ничего не значащими фразами с украинскими вояками из территориального батальона, охранявшего подступы к городу. Они здесь были и солдатами, и полицией, и противодиверсионными подразделениями.
– А что ваша нацполиция, жуликов ловит? – поинтересовался наводчик-оператор Андрей Лемур.
– Та вони усi малахольнi! Самих полiцiянтiв охороняти треба… – махнул рукой украинский вояка с зажатым меж пальцев «Мальборо». В Кременчуге была табачная фабрика «Филипп Моррис – Украина», которая выпускала довольно неплохие сигареты. По крайней мере лучше, чем польский «Контрабас». – Ходят у своей черной форме, только до людэй пристают. Это у них называется «патрулирование». А от, когда банда «правосеков» нагрянет, так воны все у кусты!
– Понятно. – Лемур понизил голос до шепота. – Сигарет у вас купить можно?
– А скока тебе надо?
– Пару блоков хватит.
– Только давай на рубли, а то гривней скоро можно будет тiльки[7] стены в туалете обклеивать!
Вскоре колонна грузовиков под конвоем донецких «ган-траков» втянулась на улицы города. Ехали аккуратно, соблюдая правила дорожного движения. Опытный водитель Бродяга уверенно вел «Носорога», чувствовалось, что ему знаком этот город.
