Ввиду специфики деятельности органов ФМС в сельской местности и в малых городах объективную статистику по данным группам мигрантов получить невозможно. Как и в иных регионах страны, трудовая миграция постепенно переходит в невозвратную. Это явление особенно заметно в сельской местности, где возможностей приобрести жилье гораздо больше, чем в городах. В таких условиях возрастает проблема адаптации мигрантов в российском социуме. В Тульской области накоплен достаточно хороший опыт в этой сфере; основным социальным институтом здесь являются мусульманские общины.
Общее число вайнахской этнической общности составляет 0,6 тысячи человек. Сферы занятости – частное предпринимательство, посреднические услуги.
Представителей народов Северо-Западного Кавказа немного – 0,2 тысячи человек. Они работают в торговле и ведут собственный бизнес. Активности в общественной и религиозной жизни не проявляют.
В области проживает также несколько семей крымских татар.
Мусульман из стран дальнего зарубежья сравнительно немного – 0,3 тысячи (турки, арабы, пуштуны, персы), что вполне соответствует среднестатистическим значениям для ЦФО. Среди турок преобладают турки-месхетинцы. Так, эвакуированным в 1989 г. из Узбекистана месхетинцам была выделена заброшенная деревня Головино Дубенского района, которую они восстановили и проживают там до сих пор. Турки-месхетинцы занимаются животноводством и растениеводством. В области присутствует турецкий бизнес, в том числе и малый (пекарни). Арабы представлены выпускниками вузов; афганцы – из числа эмигрировавших в СССР в 1989–1992 гг., среди них преобладает интеллигенция.
В 1996 г. оформилась религиозная организация г. Тулы «Иман», фактически включающая в свой состав полиэтнические религиозные группы городов и поселков Киреевск, Новомосковск, Щекино, Ефремов, Узловая, Донской, Кимовск. Возглавляет организацию сын неофициального имама Тулы имам Ришат Зиятдинович Давыдов. Кадровый костяк организации составляют татары. В 2009 г. зарегистрирована МРОМ г. Тулы «Нур» под председательством Ахмедхана Магомедовича Саидгусейнова. У дагестанцев и азербайджанцев-шиитов есть собственные неофициальные структуры.
С 1980 г. захоронения мусульман проводились исключительно на кладбище в поселке Горелки (заложено в 1938 г.), площадь которого была увеличена до 0,3 га. В 2008 г. под мусульманский участок на общегородском тульском кладбище было выделено 5 га земли. В других пунктах компактного расселения мусульман повсеместно существуют (примерно с 1945 г.) мусульманские участки при общих кладбищах.
Мусульманская община Ярославской области имеет длительную историю, однако не все ее этапы хорошо изучены. В частности, от ордынского времени сохранилось только упоминание о новообращенном мусульманине, бывшем православном монахе Зосиме. Ярославская летопись повествует, что «бысть сей чернец бесермен зол вельми». Особый интерес вызывает тот факт, что Зосима принял ислам еще в правление хана Берке (1257–1266), если не в более ранний период. Как известно, в это время большинство населения степи еще не было мусульманами, и принятие ислама жителем далекого северного Ярославля, да еще и представителем клира, являлось экстраординарным событием. В летописи говорится о смерти Зосимы в ходе антитатарского восстания в Ярославле.
В постордынскую эпоху на территории современной Ярославской области образовался своеобразный мусульманский анклав –
Дореволюционные историки объясняли появление Романовского улуса «капризом» царя Ивана IV Грозного (1547–1584).
Историки В. В. Черновская и Е. В. Арсюхин полагают, что он был образован в силу особых отношений Москвы с ногаями: романовские бии могли использоваться в качестве «резервных» правителей Ногайской Орды, что давало возможность манипулировать политикой действительных властителей Сарайчука. Кроме того, приглашение Москвой татар и ногаев на службу имело множество прецедентов в постордынскую эпоху.
