– Точно! У меня даже дома есть такой прибор, Omron. Налепляешь электроды, выбираешь программу, и массаж – как руками! Давай на спине.
Я перевернулся на живот и стал просто кайфовать от тонизирующего массажа. Боль стала утихать, мышцы спины расслаблялись. А Селена, периодически меняя частоту импульсов и воздействуя на различные участки кожи, добилась полного сходства с живым человеком. Казалось, настоящие руки разминают затёкшие мышцы, вызывая в организме приятную истому. – Милая, тебе цены нет!
Селена хитро рассмеялась:
– Понимаешь, я ведь не только спину размять могу… Воздействуя на простату, а также…
– Стоп, стоп! – взвился я. – Мы же договаривались, не сейчас… Сегодня только спина…
– Как скажешь, милый!
Через тридцать минут я чувствовал себя практически нормальным человеком. Оглядевшись, заметил, что все партнёры закончили собираться и также развалились кто на кресла, кто на кровати.
– Мужики! Пока время есть, может, прошвырнёмся по территории? Всё-таки не каждый раз мы бываем в другом мире. Может, фруктов экзотических купим, что у них тут ещё есть?
– Здесь озеро недалеко, – подсказал Степаныч, – можно позагорать и искупаться. Погода шепчет…
– И то дело, – тут же вскочил Серёга. – А то я в этом году так нигде и не поплавал.
– Давайте, – согласился Володька, – но я плавки не взял.
– Я тоже…
– И я…
Мы с огорчением переглядывались.
– Да и пофиг! – Володька тоже решительно поднялся с кресла. – В труселях даже удобнее, ничего не жмёт!
– Тогда давайте так, – поддержал нашу идею искупаться Степаныч. – Зайдём в посёлке в магазин, купим овощей и фруктов, остальных продуктов у нас полно, а потом на озеро купаться!
Нас не нужно долго уговаривать: схватив полотенца, полные энтузиазма, мы выскочили из кемпера.
В магазинчике посёлка фрукты лежали на огромном охлаждаемом прилавке, расфасованные по ячейкам в несколько уровней. Некоторые нам были знакомы, большинство мы видели впервые. Различных цветов, оттенков и размеров… выбор был очень велик. Мы слегка растерялись – что брать? Увидев мангустины, я радостно указал на них:
– Вот эти точно берём!
Степаныч, видимо, тоже не знал всех разновидностей. Выбрав пару зеленоватых небольших дынек, пояснил:
– Вот эти мы брали, сладкие и сочные, по вкусу напоминают клубнику, но мякоть как у дыни.
– Берём, – согласились мы.
Идя вдоль прилавка, я увидел ещё один знакомый мне фрукт. Розоватый, размером с большое яблоко и немного вытянутой формы, от него отходили зелёные отростки – дракон-фрукт.
– Мужики, я такой в Таиланде ел. Внутри он белый с чёрными ядрышками. По вкусу напоминает банан и киви! Давайте и его возьмём.
Ярко-жёлтые и одуряюще пахнущие, вытянутые, как огурцы, то ли фрукты, то ли овощи заставили нас остановиться. Продавец, видя, что мы здесь новички, подошла к нам и пояснила:
– Это для мужской силы – незаменимая вещь, но по вкусу – кисло-жгучая.
– Нет, нам не надо, – дружно отказались мы.
Ещё мы нашли привычные помидоры с огурцами и с уже отобранными фруктами загрузили их в бумажные пакеты, выданные в магазине. Степаныч расплатился со своего браслета, и мы отправились на пляж.
Берег озера был совершенно пустым. Глубокое, пронзительно-синее, без единого облачка небо, виднеющийся недалеко аккуратный посёлок, чуть зеленоватая, но кристально-прозрачная вода и шикарные кедры создавали ощущение, что мы находимся где-то за границей, может, на каком-то из курортов Швейцарии.
Вдоль берега стояли несколько зонтов от солнца и пустые деревянные шезлонги. Бросив на них пакеты и полотенца и быстро скинув одежду, мы толпой кинулись в манящую воду.
Красота! Вода была довольно прогретой, но, если заплывать подальше от берега, она становилась прохладнее.
– Ёперный театр! – восторгался Серёга. – У нас зима скоро, а тут лето в разгаре!
– У них всегда здесь лето – субтропики, – пояснил, отфыркиваясь, проводник. – Снега они не знают, но и сильной жары здесь не бывает, практически круглый год температура колеблется в пределах плюс тридцати градусов.
– Слушай, Степаныч, а сколько тут дом стоит? – спросил Володя.
– Средний домик тянет примерно на двадцать – тридцать тысяч крон.
– А у ювелира, Кагановича насколько потянет?
– Ну, у него огромный дом, с магазином и мастерской, такой может стоить от пятидесяти тысяч и выше.
– А артефакты из Заброшенного мира почём продают?
– Стабильной цены нет, всё зависит от редкости, свойств, количества и спроса, – стал рассуждать проводник. – Вот если уже были такие артефакты и народ знает, на что они годятся, тут один спрос. Но бывало, люди находили какие-то вещи, продавали их по скромной цене, а потом выяснялись у них скрытые возможности, то цена таких артефактов взлетала до небес. Камушки, которые подарил нам Каганович, очень дорогие. Примерно такое колье, которое у тебя, Стас, можно продать на Алахаре не менее чем за пятьдесят тысяч крон. Да и в серёжках камешки неслабые стоят. Пусть не полтинник, но по тридцать тысяч уйдут вполне.
– Ни хрена себе, Стас, ты бартер сделал! – радостно осклабился Серёга.
– Да, я тоже не ожидал, что ювелир так раскошелится, – согласился проводник.
