Интересный разговор прервался по абсолютно ясной причине — из-за алтаря потянулась цепочка храмовников, облаченных в одинаковые серые сутаны. Служба началась.
Не особо наблюдая за ходом ритуальных подношений, я рассматривала публику. В основном это были женщины — старухи, девушки и даже совсем девочки. Ну разумеется, в свете последних событий все хотят приложиться к чуду божественного союза. Знали бы они, что это такое… Да, собственно, что я говорю? Сама ведь не знаю, чем это мне грозит.
Увлекшись разглядыванием лиц присутствующих, я не сразу услышала, как меня зовут по имени. Зато когда услышала…
— Райена!
Я обернулась — и просияла. Потому что с задней скамьи на меня смотрел…
— Керл! — мгновенно воспылала я нешуточной страстью к другу.
Керл ухмыльнулся и поманил меня пальцем. Мое настроение мгновенно воспарило вверх и зависло где-то на отметке между «шикарным» и «великолепным».
Только подумать — Керл! Племянник трактирщика из Майкорса, которого я знала уже лет пять! Надежный друг, советчик, приятель… И он здесь явно не просто так.
Пришлось сменить дислокацию. Под немногочисленное шипение храмовой публики я сползла со своей скамьи и уже через пару мгновений оказалась рядом с другом.
— Дядя прислал, — склонившись к моему уху, тут же проинформировал он.
— Откуда ты знал, что я здесь? — одними губами спросила я.
— А где еще? — так же тихо ответил он.
— Эй, галерка! — Одна женщина из троицы обернулась и смерила нас уничижающим взглядом. Мы синхронно втянули головы в плечи. Вот это слух! Жестами показав, что, мол, все потом, я, морально подготовившись, погрузилась в слух, внимая службе.
После окончания служения божественной паре Керл знаками показал, что ждет меня на улице, и ловко влился в толпу, покидавшую храм, а я отошла в сторону и якобы с величайшим интересом принялась пожирать глазами одну из каменных статуй. Статуя была очень древней и изображала, судя по всему, глубоко беременную Богиню. Изучая многочисленные трещинки в камне, сквозь которые местами пробивалась абсолютно нетипичная для храма трава, я немного утратила связь с реальностью. Утратить-то утратила, а вот обретать пришлось в один миг.
— Да не получите вы книгу! — Незнакомый голос вырвал меня из пучины размышлений. Я подскочила, заозиралась и в припадке слабоумия не нашла ничего лучше, кроме как забиться за статую Богини, где между камнем и стеной был маленький промежуток, куда я вполне помещалась.
— Да вы понимаете, в чем мне отказываете? — Второй голос, уже печально знакомый, был полон яростью пещерного человека, у которого забрали добытого в неравном бою последнего мамонта.
— Отлично понимаю, ваша светлость, но — нет.
— Вы вообще понимаете, кто я?
— Вы — герцог. — А у собеседника Рейграна было чувство юмора! Ну или желание умереть быстро и безболезненно. — И что?
— Мне нужна эта книга!
— Я еще раз повторяю, ваша светлость, книгу по одобренным бракам вы не получите, — с бесконечным терпением ответствовал его собеседник. — Эта книга является собственностью храма. И ваше желание вынести ее из библиотеки неосуществимо.
Они остановились рядом со статуей, герцог и его собеседник, чьего лица я не могла видеть из-за скрывающего его с ног до головы серого балахона храмовника. Да и герцога могла видеть лишь условно — дырка, которую я нашла для подглядывания, была слишком маленькой.
— Тогда сделайте так, чтобы я смог попасть в библиотеку!
Храмовник хмыкнул:
— Ваша светлость, два года назад для того, чтобы потерять доступ в книжное хранилище, вы приложили кучу усилий. Если уже забыли, то я напомню. Одна только фраза «на хрен мне ваша Богиня» чего стоит.
— Да помню я, — проскрежетал герцог, вызвав у меня нездоровое желание заглянуть ему в рот, чтобы пересчитать, все ли зубы на месте. — Найдите способ, отец Дорон. А не то я…
— А не то вы что, Рейгран? Пошлете меня к чертовой матери? — Голос храмовника звучал бесконечно устало. — Храм бы отремонтировали, алтарь новый поставили, а то уже прихожане шепчутся. Глядишь, и сменила бы Богиня гнев на милость. А так…
Герцог промолчал, сверля взглядом собеседника. Тот, несмотря на мои опасения, синим пламенем не вспыхнул и от разрыва сердца не умер. Только скрестил руки на груди и остался стоять на месте.
— Отец Дорон, если бы вы…
— Если бы я смог отговорить вас от вашего неосмотрительного желания провернуть этот ритуал и, как следствие, жениться, вам не пришлось бы расхлебывать последствия.
— Мне нужен этот ритуал, отец Дорон, — прорычал супруг.
— Ну тогда консумируйте брак — и дело с концом, — усмехнулся храмовник.
Пыхтение, раздавшееся вслед за этим, заставило меня прослезиться. Так над Рейграном, похоже, еще никто не издевался.
— Ну, знаете ли, — процедил герцог, — я сам решу этот вопрос!
— Решайте, ваша светлость, кто же вам мешает-то. — Судя по голосу, священнослужитель ухмылялся.
Ответа не последовало, послышались только удаляющиеся шаги. Священник некоторое время стоял на месте, а затем развернулся и скрылся в неприметной дверце рядом со статуей.