— Я возместил десять кровентов за разбитую мебель и пятно на полу. Прожженные штаны братцев оплачивать не стал, уж извини, они останутся на твоей совести. А насчет «Дымного рая» не переживай, Орша не в накладе — история о том, что там бушевал маг, привлечет новых посетителей. Но нам туда вход закрыт.
— Мне жаль.
— Ерунда. Потребуется, найдем способ связаться с Орша, а так и бывать там не стоит. Но меня пугает, с какой легкостью ты попробовала йаге.
— Я не собиралась его пробовать. Просто испарила… — Бенита осеклась. В чем-то Квон был прав. Она расслабилась. Не учла, что одних опиумных наркотиков множество разновидностей, а запахи также могут вызвать галлюцинации. — А что удалось узнать у Орша? Или ничего полезного?
— Да нет, кое-что было. — Квон понял, что слишком пристально разглядывает ключицы напарницы, выглядывающие из широкого ворота, и поспешно отвел взгляд. — В последний месяц Петри покинул братство.
— И они его отпустили? Братство? Не верю! — Таких историй Бенита еще не слышала. Вернее, в храмах любили рассказывать легенды о разбойниках-великомучениках, вставших на путь добродетели, которых потом их же дружки и порешали. От братства не уходят, разве что вперед ногами. — Слушай, может, они его и грохнули?
— Таким изощренным способом? Братство либо вообще прячет трупы так, что не найти, либо устраивает показательные наказания. Нет, его могли отпустить, если за Петри стоял кто-то более опасный, — возразил Квон. — Торфяник явно не зелья от простуды варил и не от праведной жизни решил уйти из братства. Значит, понял, что получит выгоду намного больше. А еще Орша упомянул, что парней из теневого братства, которые хотели разобраться с Петри, нашли на следующий день в канаве с перерезанным горлом. Следовательно, Петри общался с очень влиятельным человеком, раз не побоялся выступить против братства.
— Остается вопрос, кому это нужно?
— Сейчас всего три сильных партии: аристократия, маги и королевский дом. Я сомневаюсь, что король или его высочество причастны к подобным изобретениям — в конце концов, у них целый штат алхимиков, и никто слова не скажет, если они решат разработать пару-тройку смертельных ядов или наркотик.
— Тогда маги или аристократия. Я бы сделала ставку на аристократов: принц вырос, его сторонники набирают силу, а значит, аристократия слабеет. Правда, магов со счетов тоже списывать не стоит — согласно докладу ваших алхимиков, в «красавице» достаточно концентрированная магическая составляющая.
— Которую могли ввести с тем же успехом, чтобы скомпрометировать магов.
— Аргумент, — не стала спорить Бенита.
— Ясно, что это сделано не ради денег. Наркотик слишком быстро выводит из строя, а такое денег не принесет. Только подсади — и клиент готов.
— Ну, на данный момент у нас не так много трупов, — вспомнила детали дела Бенита.
— Не забывай про трущобы. Та служанка, которая сошла с ума, тоже могла «красавицы» перебрать. Вряд ли наркотик стали сразу проверять на аристократах.
— Допустим. Но в городе нет ни слухов, ни паники. Будь в трущобах много подозрительных смертей, город на ушах стоял бы. К тому же для смертельного оружия наркотик слишком рано проявил свои свойства. Возможно, если бы кто-то из высших чинов сразу отравился «красавицей», причину искали бы долго, а значит, и лечение затянулось бы. А выбирать в жертву дочь торговки…
— Это могла быть личная месть Азель, — напомнил Квон.
— И мы снова возвращаемся к отсутствию слухов, — азартно подхватила Бенита. — Если именно Азель подсунула наркотик, то откуда она узнала, какой порции будет достаточно?
— А если она не знала?
— Нам надо с ней встретиться. Иначе мы просто гадаем на кофейной гуще!
— Болтуны! — Низкий голос за спиной заставил вздрогнуть.
В коридор из комнаты вышел хозяин дома, и в повседневной одежде его протезы смотрелись еще более впечатляющими. Металлической рукой Гарт двигал, как и настоящей, да и ходил хотя со скринами, но быстро. Бенита сообразила, почему он ворчал: от ванной комнатушки они далеко не ушли, трепались в коридоре и настолько увлеклись спором, что обо всем забыли.
— Кофе. Хотите?
— А можно? Ой, доброе утро!
Бенита совсем забыла о правилах хорошего тона. Торопливо пригладила взлохмаченные волосы. Рядом с Квоном она как-то не стеснялась немного несуразного вида, а перед Гартом робела.
Врач прогудел что-то одобрительное и ушел в соседнее помещение, где загремел посудой.
— Он служил на границе с Хаврией и пристрастился там к кофе, — пояснил Квон. Бенита посмотрела на приоткрытую дверь, откуда вышел хозяин дома. В щелочку было видно вчерашнюю несчастную, сидящую на кровати. Кажется, она тихо всхлипывала, то ли испугавшись Гарта, то ли сообразив, в какую передрягу угодила.
— Не стоит. — Квон придержал Бениту за плечо, когда она собралась заглянуть в комнату. — Ей сейчас очень стыдно, и чем больше людей знает о ее позоре, тем хуже.
— Ты так думаешь?
