И на самом деле в этом доме было ужасно душно. Бенита торопливо прошла к окну и распахнула ставни, впуская приток свежего воздуха. Следом раздался тихий всхлип. Бенита оглянулась и с жалостью посмотрела на стоящую у кровати девочку. Та держала маму за руку и изо всех сил старалась выглядеть взрослой и не плакать, но покрасневший нос и дрожащие губы выдавали ее страх.
Бенита подошла к ней и присела на корточки.
– Мама заболела, но обязательно выздоровеет. Не волнуйся, – пообещала она, погладив девочку по голове.
Даяна замерла от нежного прикосновения, а потом разревелась и прижалась к ней.
– Про папу тоже так говорили. А он у-умер! – с надрывом сказала она, размазывая слезы. Девочку трясло, и Бенита крепче прижала ее к себе, будто пыталась забрать терзавшую ребенка боль. Она не была так хороша в утешении, как матушка, но хотя бы попробовать стоило.
– Тише, все будет хорошо, – приговаривала Бенита, похлопывая малышку по спине. Применять ментальную магию к детям было запрещено, и она не ждала помощи от напарника. Но Квон, оставив спящую, подошел и присел рядом с напарницей на корточки.
– Тебя ведь Даяна зовут? – спросил он доброжелательно.
Девочка кивнула, не отпуская Бениту. Смотрела при этом на Квона.
– У меня есть для тебя важное поручение, Даяна. Ты взрослая девочка, и я уверен, что ты отнесешься к нему ответственно, – серьезно произнес детектив. – Ты видела, как испугалась тетя Магрена?
Девочка снова кивнула.
– Нужно, чтобы кто-то был рядом и помогал ей. А если тете Магрене станет плохо, ты позовешь целителя. Сорвешь колпачок и прямо сюда скажешь, громко-громко. – Квон снял амулет связи с шеи и протянул девочке. – Договорились? Ты ведь справишься?
Уговаривать Даяну не пришлось, она послушно нацепила амулет на шею, изредка посматривая на него и сжимая рукой.
– У нас труп и женщина в коме, и все это в одном доме. Я волнуюсь за девочку. А амулет связи у меня запасной есть, – пояснил Квон, хотя хаврийка ни слова не сказала по поводу его действий.
Когда вернулась домовладелица, девочка со всей ответственностью отнеслась к заданию, больше не всхлипывая и держась к ней поближе.
Пока ждали целителя, Бенита заметила висящее на спинке стула недошитое платье и внимательно пригляделась к нему. Подозвала Квона.
– Смотри, все стежки ровные. Если руки трясутся, так не получится.
– Значит, дело не в наркотиках.
Пусть тьенна не выглядела безупречно, ее бледность и худоба скорее были от плохого питания и изнурительной работы, чем от опиумной зависимости.
Целитель появился через четверть часа – запыхавшийся старик в потрепанной мантии со следами соуса на рукаве. Его попытка добудиться Леоне оказалась столь же безуспешной.
– Отравление, и как следствие, неглубокая кома. Ее надо отправить в лечебницу под присмотр, – вынес он вердикт после осмотра. – Но, похоже, доза была небольшой. Не будь организм так ослаблен, обошлось бы. Немного восстанавливающего зелья, и через день-два тьенна придет в себя. Я отвезу ее в госпиталь, так что можете заниматься своими делами, – кивнул он Квону, показывая, что помощь детектива больше не требуется. Затем посмотрел на взволнованную Даяну. – Эй, малышка, слышишь? Прекрати всхлипывать. Мама скоро проснется!
– Правда? – с подозрением уставилась на него девочка.
– Обижаешь! Я разве похож на обманщика? – Целитель протянул Даяне конфету, но та не взяла.
– Мама не разрешает мне есть сладкое, – покачала она головой.
– А сама ест. – Целитель со смешком посмотрел на подтаявшую конфету на блюдце рядом с ополовиненной чашкой чая. – Ох уж эти мамы!
– Слушай, а конфета та же, что у Торфяника, – обратила внимание на необычную форму сладости Бенита.
Напарники переглянулись. Делать выводы было рано, но что мешало злоумышленнику спрятать «спящую красавицу» в шоколаде?
– Тьенна Магрена, вы говорили, что покупали Петри Торфянику сладкое. Эти конфеты? – приподнял Квон блюдце.
– Да вы что! Откуда у меня деньги на шоколад, – замахала руками женщина. – Я ему карамель брала, в лавке у соседки.
– Даяна, а ты не знаешь, откуда мама взяла конфеты? – спросила у девочки Бенита.
– Н-нет… – Девочка снова задрожала, и целитель цыкнул на них, чтобы не пугали ребенка.
Конфету Квон забрал на анализ, но зацикливаться на шоколаде напарники не стали.
– У вас сегодня были другие гости, кроме нас? – продолжал расспрашивать домовладелицу Квон.
– Никого не было, кроме ваших коллег из стражи.
– Может, вы знаете, что тьенна Леоне ела или пила?
– Я готовлю обед и ужин, а ела и пила Леоне вместе со всеми. – Магрена выглядела подавленной.
– Мы осмотрим кухню, если вы не против.
– Конечно. – Женщина побледнела еще сильнее и схватилась за живот. Наверняка решила, что и сама могла съесть отраву.
Увы, осмотр кухни ничего не дал. Хотя Бенита поостереглась бы есть шестидневный суп, покрывшийся тонкой серой пленкой. Худшее, что он мог вызвать, – несварение, а никак не снотворный эффект.
Даяна встретила их в коридоре, вцепилась Квону в руку.
– Тьен детектив, это я принесла маме те конфеты, – как на духу выпалила девочка.
– А где ты их взяла?
