– Боже мой, это так ужасно... когда ребенок... у моей сестры дитя умерло в утробе, она так плакала. Мы все переживали. А тут, когда уже родился...
Ильгет опустила глаза.
– Нико вот... тоже... – с внезапной тоской сказал Арнис, – это мой напарник, Нико. Он погиб.
– Твои спасатели прилетят, значит...
– Дней через десять или две недели. Я передал, чтобы они не торопились. А то ведь ломанутся лабильным каналом, спасатели у нас все сплошь герои. А зачем рисковать зря? Хотя ты же не знаешь, что такое лабильный канал.
– Что-то такое слышала, вроде.
– Ну, в пространстве есть каналы постоянные, проложенные, через которые мы всегда и ходим, но они редко располагаются вблизи от планетных систем. А есть лабильные... их можно ловить, если повезет, поймаешь и пройдешь быстро. Но это опасно, там есть приличная вероятность схлопывания. А если не просчитал толком, то и не знаешь, где вынырнешь. Бывает такое.
Господи, подумала Ильгет, глядя на бледное, спокойное лицо Арниса, о чем мы? О пространстве, о смерти, о детях... Как все это важно. Как давно я не говорила с кем-нибудь о таких важных вещах.
А Пита?
А при чем здесь Пита? Он как-то говорил, что хотел бы, чтобы я ему изменила. Может, говорит, тогда ты станешь раскованнее... сам уже то ли четвертую, то ли пятую любовницу сменил. Для него все это в порядке вещей. Это я была шокирована... в первый раз, когда узнала. А теперь это уже у нас в порядке вещей. То есть сердце болит, конечно, но эта боль уже привычна. Ревность – это нехорошо, некрасиво. Чувство собственности. Правда, Бог ревнив... и в Евангелии стоит... но какое дело Пите до всего этого?
Но почему-то вот сейчас я чувствую две вещи. Первое – я никогда не изменю Пите с Арнисом. И второе – Пита не был бы доволен, если бы такое случилось. Он и так-то не будет доволен, если узнает...
Лучше бы ты стала шлюхой. Лучше бы согласилась участвовать с Питой в групповухе, как он предлагал когда-то.
Ильгет вдруг отдала себе отчет, что все это время она смотрит Арнису в лицо и держит его за руку – сильную, бледную кисть с длинными пальцами. И он смотрит ей в глаза не отрываясь. Ильгет поднялась.
– Я завтра приду к тебе опять.
– Спасибо, – сказал Арнис тихо, – спасибо большое, что ты пришла. Я, честно сказать, не ожидал.
– Глупости, – сказала Ильгет, – ты ведь здесь один, что же я тебя брошу?
Арнис прикрыл глаза. Антолик возился на своей койке с наушниками, оттуда доносилась едва слышная, но весьма бодрая музыка. И тихо попискивали и гудели мониторы у койки тяжелобольного старика. Арнис улыбался.
Так хорошо, а с чего спрашивается? Потому что она пришла. Ильгет. Ильке. Надо же, какой идиот.
Сейчас мы будем с этой мыслью целенаправленно бороться. Она замужем. Повторить 150 раз.
Да и вообще – с чего вдруг такое? Что это на меня нашло? Она похожа на золотистое осеннее солнышко. Иль.
Лицо ее – как музыка, как вечерний солнечный свет сквозь золотую листву. Тонкое лицо, чистое. Волосы – русые, с удивительно золотистым оттенком, типичным для Лонгина.И глаза (а они чем-то похожи... только светлее... не думать об этом!) – золотисто-карие.
Впервые за два дня Арнис перестал думать о Нико. Начал засыпать, но посторонний звук снова заставил открыть глаза. Рядом с койкой стоял незнакомец, белый халат небрежно наброшен поверх официального хорошего костюма.
– Здравствуйте, – вежливо произнес посетитель, – я вас разбудил, кажется.
– Нет-нет, я не спал, – ответил Арнис, – здравствуйте. Вы присаживайтесь.
Незнакомец сел, достал небольшой прибор, в котором Арнис определил примитивный диктофон.
Только теперь заметил, что Антолика в палате снова нет.
– Господин Кейнс, я должен предупредить, что наш разговор будет записан, – незнакомец демонстративно щелкнул кнопкой диктофона, – Меня зовут Утиллер, я представитель Лонгинской Службы Безопасности, – посетитель показал Арнису издали какой-то маленький документик.
– Пожалуйста, – равнодушно ответил Арнис.
– Вы хорошо владеете лонгинским... – заметил Утиллер, – давно выучили?
– Я был на Ярне год тому назад, – ответил Арнис, – по делам. Это связано с деятельностью глостийской мафии и не имеет отношения к вашему государству. Обратитесь к моему начальству...
– Тогда, год назад, сколько длилось ваше пребывание здесь?
– Чуть больше месяца, – ответил Арнис.
– И вы за месяц так замечательно изучили язык, произношение...
– Я готовился заранее. Используя квиринские методики скоростного обучения. Информация о нашей подготовке у вас должна быть.
– С какой целью вы находились в атмосфере Ярны?
