Тут же на двух табуретах стоит большая оцинкованная ванна. Она уже наполнена холодной водой из колодца для полоскания. В каждой стиральной машинке были специальные валики для отжимания, которые вращались с помощью ручки. У нас они, кажется, не работали, а может, просто ими не пользовались. Выжимали бельё руками и клали в ванну с холодной чистой водой. Оттуда бельё перекладывалось в тазик. А потом мама подхватывала полный тазик за ручки-ушки, накидывала на шею бусы из нанизанных на верёвку прищепок и уходила во двор развешивать бельё.
Вдоль заднего двора, от сарая до огорода, протянуты в три ряда проволоки для сушки белья. От теплого, влажного белья идёт пар. На следующий день одежда превра щалась от мороза в хрустящие заиндевевшие глыбы.
Мороз «высушивал» бельё. Влага вымораживалась, превращаясь в иней. Когда потом мама заносила одежду домой, по всем комнатам разносился ароматный, ни с чем не сравнимый запах холодного белья. Запах мороза, попавшего в теплоту. Запах чистой одежды. Запах свежести. Запах Дома.
В декабре темнеет теперь рано, а на улицах повсюду – разноцветные гирлянды. Лампочные бусы украшают улицы, фонарные столбы обвиты электрическими звёздами. Фасады и окна домов – в разноцветных лампочках. Деревья превращаются в сказочные – множество маленьких фонариков светятся на ветках, их стволы обмотаны гирляндами. Преддверие Рождества.
Не сразу привыкаешь к факту, что по значимости Рождество в Германии намного превосходит Новый год. Здесь немного по-другому, и всё же схожесть есть в одном – в ощущении чуда. Откуда берётся оно? От радостной или кому-то тягостной суеты, связанной с поиском подарков для близких? От предвкушения встречи с родными? От возможности уединиться в своём уютном домике при свете свечи с бокалом вина перед камином или телевизором?
Маленькие дети ещё верят в Деда Мороза и с нетерпением ждут того волшебного часа, когда можно будет наконец-то после утомительного ожидания раскрыть сложенные под украшенной ёлкой подарки. Несомненно, их принёс самолично Дед Мороз. Или Вайнахстманн, как называют его в Германии. Дети тоже пишут ему письма с заказами подарков и пожеланиями.
Когда мы были маленькими, мы тоже ждали подарков. Не на Рождество, а на Новый год. Какая для нас была радость – получить новогодние «кульки», как говорила наша бабушка.
Один пакет давали нам на новогоднем утреннике в школе. А другой – на ёлке в клубе. В прозрачных целлофановых пакетах лежали конфеты. Ириски, твёрдый «Кис-кис», и мягкий, рассыпающийся во рту «Золотой ключик». Конфеты «Снежок» – с хрустящей кисло-сладкой начинкой внутри. С похожей по хрусту начинкой, только с коричневой из-за какао, были «Гусиные лапки». Карамель «Слива» – на белой обёртке нарисованы тёмно-синие сливы. Раскусываешь сахарную корочку, а внутри – сливовое повидло. Или похожи «Клубника со сливками». А ещё были шоколадные с белой начинкой внутри – «Буревестник» и «Школьные». Тёмные, без шоколадной глазури – «Премьера» и «Муза».
И леденцы, или «сосульки», как мы их называли. Красные, с кислинкой «Барбариски». Из всего разнообразия самыми крутыми были «Мишка на Севере» и «Красная Шапочка». А ещё в подарках были оранжевые мандаринки. И яблоки. Для нас это было настоящим чудом.
А ещё было удивительно, когда домой приносили ёлку. Маленькую сосенку с пахучими пушистыми ветками, с длинными иголками. Привозили её из дальнего ущелья, живую, душистую, со следами снега на ветках, и ставили в углу зала. А на следующее утро доставала мама из шкафа фанерный посылочный ящик, и мы с любопытством вынимали оттуда один за другим, по одному блестящие разноцвет ные ёлочные шары.
Каждый ёлочный шар – особенный. Вот ярко-синие с белой россыпью, вот серебристые, вот красные с позолотой. Сверху лежало коронное украшение – насадка на макушку, похожая по форме на стекло от керосиновой лампы. На рубиновом стекле извивались тонкой строчкой белые шершавые узоры, похожие на засохший гоголь-моголь, которым смазывают куличи на Пасху. В этих самых белых узорах на фигурном наконечнике скрывалось самое настоящее чудо: если спрятаться под одеяло, то можно было увидеть, как они светились мягко в темноте.
– Кто вперёд быстрее побежит проверять как светится?
– Я!
– Нет, я!
Мы бежим к кровати в спальне, накрываемся с головой и зачарованно смотрим на это волшебство. Она действительно светится! Чудо.
Вот уже наряженная ёлочка в зале стоит, разноцветными огоньками горят маленькие лампочки гирлянды. В стекле игрушек отражается их свет. Зелёный, красный, жёлтый, синий. Блестит мишура… Всё так и должно быть. К чуду надо готовиться. Его не встретить в спешке. Оно приходит к тем, кто умеет ждать…
Дома после уборки уютно и чисто. Постираны шторы и половики, побелены стены.
Дни наполняются особым ожиданием. Теперь время будет делиться на до и после.
Приближается день, приготовлены угощения, накрыт новогодний стол. Собираются вместе друзья. Вся в сборе семья. Приближается волшебный миг, когда прозвучат по телевизору куранты Кремля. На экраны смотрит вся страна.
