– Что же это вы себе позволяете, доктор! – возмущенно начал он. – Родной отец ждет своего ребенка больше чем полдня, а вы разгуливаете с девочкой как ни в чем не бывало, будто она ваша. Ваше дело – детей лечить, а не забирать их к себе домой, как живую игрушку.
Мужчина не выглядел ни алкоголиком, ни гулякой, был высок ростом, широкоплеч и даже, можно сказать, красив. И одет нормально. Только зло сверкал янтарными глазами и резко отбрасывал назад падающие от возмущения на лоб светлые пряди волос.
Катюня хотела было кинуться к отцу, но, увидев его таким сердитым, испугалась и только крепче прижалась к коленям женщины, от которой получала в последние месяцы столько тепла и ласки. Она задрожала всем маленьким тельцем и уже приготовилась заплакать. Но Ветка в сложившейся ситуации вдруг почувствовала себя сильной, и страх ее исчез как по волшебству. Словно волчица, защищающая своего детеныша, она злобно ощерилась и, глядя в лицо разъяренному мужчине, решила высказать ему все, что накипело на душе.
– Вспомнили наконец, что у вас есть ребенок, – не менее свирепо сверкнула она глазищами, – папаша, называется! И где же это вас носило все лето? Ваш ребенок должен был все выходные напролет просиживать в этом унылом месте чуть ли не в одиночестве.
В своем возмущении и стремлении защитить малышку Ветка совсем забыла об осторожности. Казалось, она готова была накинуться с кулаками на мужчину, башней возвышающегося перед ней. И только маленькие ручонки, обнимающие ее колени, удержали женщину на месте.
– Не бойся, маленькая моя, я никому не позволю обидеть тебя, – проговорила она неожиданно ласково, прямо промурлыкала.
И прижала к себе ребенка еще сильнее. А потом снова свирепо взглянула на мужчину, который невольно отступил перед этим неожиданным проявлением материнского инстинкта. Готовая к дальнейшей схватке, Вета продолжила:
– Другие родители-одиночки забирают своих детей на выходные и стараются хоть на недельку вывезти их на природу, а вы вообще не появляетесь здесь. И еще смеете возмущаться, когда другие люди проявляют заботу о вашей дочери. Какой же вы отец?! Да вас надо лишить родительских прав! – кипятилась она.
Тетя Дуся с замиранием сердца наблюдала за развернувшейся перед ее глазами баталией, а сильный мужчина все больше отступал под напором слабой на вид, но отчаянно смелой женщины, вставшей на защиту ребенка. Его ребенка, промелькнуло у него в голове, вот до чего довела его жизнь.
– Но я же работаю, – попытался он оправдать себя.
– Все работают, – отмела возражение Ветка, – но тем не менее о своих родительских обязанностях не забывают… в отличие от вас.
Она была очень рассержена, до крайности, и то, что этот мужчина оказался совсем не таким, как ей представлялось, и на него даже можно было засмотреться, встреться они в нормальной обстановке, только подлило масла в огонь.
Но тут вмешалась тетя Дуся, принявшая на себя роль миротворца.
– Вы бы присели на лавочке и поговорили спокойно, – тревожно поглядывая то на одного, то на другого, мягко произнесла она. – А я пока девочку в комнату отведу. Пойдем, Катюня, детки уже собираются.
Девочка с большой неохотой оторвалась от коленей тети Веты, но с нянечкой все же ушла. А два взрослых человека, обозленных и даже разъяренных, остались наедине, один на один. Но мужчина уже начал остывать. Ведь эта волчица накинулась на него, защищая его же ребенка. И по большому счету ему следовало бы благодарить ее за заботу, а не кидаться с упреками. Он неуверенно покосился на собеседницу, не проявляющую, однако, никаких признаков миролюбия.
– Я и правда виноват перед вами, доктор, – примирительно начал он, – напрасно на вас накинулся. А вас, к слову, как зовут?
– Иветта Константиновна, – буркнула Ветка, бросив на мужчину все еще сердитый взгляд.
Он чуть заметно улыбнулся: имя у нее необычное, да и сама женщина не такая, как другие.
– А я Леонид Евгеньевич, – представился мужчина и слегка поклонился даже, вежливый и воспитанный, значит.
Но никакой вежливостью было не погасить разгоревшегося в душе Ветки костра, и она посмотрела на мужчину все так же непримиримо. Она по-прежнему была крайне сердита.
– Дело в том, Иветта Константиновна, – продолжил собеседник, – что по профессии я инженер-строитель, а сейчас согласился вахтовым методом работать, чтобы денег подсобрать. Пока дочка маленькая, это еще возможно, за ней здесь присмотрят. А когда подрастет, я ее домой заберу, тогда уже ездить не смогу, на месте осяду.
Ветку его слова, однако, ни капельки не смягчили.
– А мать ребенка куда подевалась? – подозрительно прищурилась она. – Небось, сбежала от вас на край света?
Мужчина согласно кивнул.
– Сбежала, да, – подтвердил он, – только не от меня, а от житейских трудностей. Не подготовленной к семейной жизни оказалась женщина. И от дочери отреклась, у меня, кстати, официальная бумага есть, что она своего ребенка отцу оставляет. Вот и кручусь теперь как белка в колесе.
Ветка посмотрела на него с удивлением.
– Так вам снова жениться надо. И дома был бы порядок, и ребенок присмотрен.
