Он — викинг, Рагнар Ворон, человек, у которого в жизни есть великая цель. Он пытался убить короля и у него ничего не вышло. Теперь и король, и наниматель хотят его голову. Остается только бежать, и кажется, что все вокруг против него. Помощь приходит с той стороны, откуда он ее не ждал. Тролли, словенский нежить, влюбленная хюльдра протягивают ему руку помощи. При создании обложки использован образ Лагнара Лодброка в исполнении Трэвиса Фиммела из сериала "Викинги".
Тяжело подминая волны, к берегу шел драккар. Несколько весел безвольно болтались по его правому борту. Щиты на драккаре были повернуты боевой стороной наружу, голова дракона мрачно смотрела на белую пену волн. Людей на драккаре не было видно, не звонил гонг, отбивая ритм для гребцов, драккар мертво и слепо, как огромный хищник, смертельно раненый и ищущий место, где бы спокойно умереть, подползал к берегу, влекомый приливом.
Женщины и дети давно уже убежали за каменные валы, как только черный драккар вошел в тихие воды фиорда.
На берегу, мрачно готовясь к встрече опасного гостя, не скрывавшего своих воинственных намерений, стояли мужчины селения, наскоро собравшиеся. Их было немного, поселок был небольшой и никто не обольщался мыслями о том, что удастся отогнать морского дракона.
Молчал драккар. Молчали люди на берегу. Расстояние меж ними все уменьшалось, вот драккар на волне прилива ударил килем в гальку и устало завалился на бок. Все. Пришел. Можно умирать.
Время тянулось и тянулось. Оно тянулось все более и более медленно, но выбора у жителей поселка не было — невзирая на то, что драккар ясно обозначил цель своего прихода, напасть первыми было бы, самое меньшее, глупым. Судя по румам, на драккаре было вдвое больше бойцов, чем готовилось к битве на берегу.
Молчал драккар. Молчал берег. Молча стлалась по гальке вода.
— Я узнаю этот драккар, — негромко сказал самый старший из селищенцев, — это драккар Рагнара Ворона. Его появление всегда было предвестником несчастья. Но сейчас, похоже, он сам попал в беду.
Люди промолчали. Их строгий край, не прощающий ошибок, приучил их не торопиться ни словом, ни делом. Старый Бю говорит, что это драккар Рагнара Ворона пришел с приливом и молча стоит на берегу? Драккар, чьи щиты были повернуты в сторону мира угрожающей стороной? Голова дракона оскалила бесчисленные зубы? Что с того? Еще немного и станет ясно, что делать. С драккара ринутся окольчуженной волной воины Рагнара, а на берегу, под прикрытием стрелков, прячущихся среди камней, их встретят жители поселка, погибнут, поселок будет разграблен, и Ворон унесется дальше, в великое море.
Вот и все. Все, как всегда.
…Но все же не как всегда. Рагнар Ворон и его люди вели себя более, чем странно. Внезапности не вышло, да и выйти не могло, так как драккар вошел в воды фиорда днем, значит, предстояла простая резня, кто кого. И даже ясно было, кто и кого. Но драккар молчал. Не спешили на берег воины Рагнара.
Но на берегу, между тем, никто не сетовал на лишние мгновенья жизни.
На драккаре же, наконец, послышались какие-то звуки, словно кто-то тяжело ворочался на палубе, как будто кто-то полз к борту, упрямо цепляясь бессильными руками.
На начало боя это походило мало. Это, если уж совсем по-честному, вообще ни на что не походило. Люди на берегу ждали, а на борту кто-то возился.
Наконец, с борта, на котором лежал драккар, на прибрежную гальку упал человек. Он упал на спину, попытался было повернуться, но смог лишь перевалиться набок и затих.
На берегу никто не пошевелился, никто не проронил ни слова. Потом Старый Бю, тот самый, что узнал драккар, осторожно подошел к человеку.
Тот, окатываемый приливными волнами, сделал еще одну попытку перевалиться на живот, чтобы ползти, но смог лишь вытянуть перед собой руку. Бю наклонился к нему, закрываясь от драккара щитом и держа топор наготове. Он мельком глянул на человека, пристально на драккар и крикнул своим: «На драккаре никого нет!»
Люди потянулись к берегу, окружили Бю и упавшего. Бю присел к нему и перевернул на спину. С залитого кровью лица на него в упор глянули два побелевших от ярости и боли глаза. Человек попытался что-то сказать, но смог издать лишь негромкое рычание, замершее через миг в горле. Глаза закрылись, но шевельнулись губы. Бю поднял руку, призывая людей к тишине, и человек еле слышно прошептал:
— Далеко ли до Норангенфьорда?
— Да не то, что бы уж очень — ответил Бю.
— Скажите Хрольфу Пешеходу, чтобы уходил в Валланд. Что Рагнар Ворон не смог сделать того, что обещал. Он поймет. Он наградит гонца.
Бю выпрямился и сказал: «Это и есть Рагнар Ворон. Осторожно возьмите его и отнесите в мой дом. Оттащите от воды и поставьте его драккар на подпорки. Я сам пойду к Хрольфу в Норангенфьорд».
Так на берег Нур-фиорда попал Рагнар Ворон.
Рагнара Ворона отнесли в дом старого Бю и положили на постель. Деревенская колдунья, прибежавшая в деревню сразу же после того, как один из мужчин оповестил ушедших за валы, что опасности нет, потребовала поставить на огонь котел воды и, недолго думавши, выгнала всех, включая Старого Бю, за дверь.
