У Неритэля было одно сумасшедшее предложение, но вот примут ли его остальные, большой вопрос. Он убрал графики и произнес новое заклинание. Над столиком выросла фигура эльфа. Зрители удивились необычному изображению. Иллюзорный эльф был красив и пропорционально сложен, необычность его заключалась в том, что он был чернокож. Пальцы темнокожего эльфа заканчивались белыми когтями, глаза отсвечивали красными зрачками и только длинная белоснежная коса указывала на его принадлежность к Рау.
– И что это значит? – опять одновременно спросили Толивэль и Элима. В этот раз они не переглядывались, а продолжали, во все глаза, смотреть на иллюзию.
– Идеальный воин и убийца. – добавил Толивэль. – Какая дикая грация. Будь у него белая кожа все девки бы засохли.
– Начну издалека. Тридцать лет назад дочь Норэля Трилиста, Сенима, не вернулась после обучения в Ортене. Девочка вышла замуж. Своим избранником она выбрала вампира из клана Горных Котов. – гости покивали головами, они знали эту историю. Против подобного брака выступили родители обоих сторон. Неслыханное дело. Вампир и эльфийка! Избери девчонка своим избранником человеческого серва, и то осуждения было бы меньше. И дело не в том, что вампиры искусственно созданная из людей раса, Рау в этом вопросе тоже не слишком пушистые и чистотой происхождения похвастать не могут, впрочем маленькие секреты людям знать не обязательно. Дело в том, что вампиры воевали на стороне Империи Алатар и были врагами Рау и Лесных эльфов, а старые обиды все эльфы помнят долго. За прошедшие полторы тысячи лет от падения империи никто не мог вспомнить ни одного случая совместной жизни эльфов и вампиров, а тут такое дело. Молодожены не стали слушать своих родителей и в одну прекрасную ночь исчезли в неизвестном направлении. Никто их больше не видел. – Четыре недели назад Норэль Трилист погиб в горах, не хватило сил удержать лавину. Сенима приехала на похороны, она почувствовала смерть отца. Приехала не одна, с мужем, пятью детьми и двумя внуками. Внуки, мальчик и девочка, дети старшего сына Сенимы и Р`рона. Сама Сенима беременна шестым ребенком, ждет третью дочку. На иллюзограмме портрет среднего сына Сенимы. У детей Сенимы и Р`рона есть одна особенность, до двадцати лет они развиваются как дети людей или вампиров, а потом развитие замедляется и переходит на чистую эльфийскую линию. Почему за полторы тысячи лет не было ни одного случая интимных связей между эльфами и вампирами? Даже с полуэльфами? Малочисленность кланов вампиров, жесткое табу и преследование любых любовных отношений своих отпрысков на стороне, берегли чистоту крови и честь лучших наемников и убийц, только последнее десятилетие пошли послабления.
Неритэль замолчал. Молчали и остальные, переваривали шокирующие новости. Шесть детей! Для эльфийки зачать, выносить и родить двоих проблема, троих очень тяжело, а тут шесть детишек и не похоже, что супруги остановятся на достигнутом результате. Вампиры живут пятьсот-шестьсот лет, эльфы и того больше.
– А это не может быть частным случаем? – спросила Элима. В свои четыреста она еще не стала матерью. Она все моментально просчитала, и ее глаза зажглись фанатичным огнем.
Неритэль покачал головой. Маги жизни провели обследование супружеской четы и вынесли однозначный вердикт – никаких отклонений. Вампиры и Рау идеально подходят друг к другу. Такой вот выверт магических преобразований людей и эльфов. Эльфийки легко выносят детишек от вампиров, аналогичная ситуация когда отцом будет эльф, а матерью вампирша. Вот только их дети и потомки детей будут темнокожи и иметь ряд других отличительных особенностей в виде когтей, красных глаз и удлиненных клыков. Остальное, включая уши, не будет отличаться от Рау.
– Не страшно, а Неритэль? Ты сейчас предлагаешь уничтожить Рау и заменить Снежных эльфов новым народом. Это как подписать смертный приговор родному ребенку или отцу. Кому горло грызть то собрался, себе? – похоже Толивэль говорил в пустоту. Он сам себя не слышал. Глаза Элимы сказали ему больше, чем мог сказать Неритэль. За возможность родить без проблем нескольких детишек эльфийки отдадут все. Он видел с какой завистью смотрит его жена на дочек и сына князя срединного княжества и сам завидовал семейному счастью Неритэля. За пятьдесят лет его брака с Имитэль он еще не испытал отцовского чувства и видел как страдает от этого жена. Длинная жизнь не делала эльфов более счастливыми. Браки с людьми не решали проблему, совместные дети наследовали все качества человеческой половины. Живой пример Сенимы породит неконтролируемую волну межрасовых отношений, случай умолчать уже не удастся, слишком много свидетелей в Срединном княжестве. Неритэль просто предлагает взять управление процессом во властные руки.
– Если это правда я сама первая рожу от вампира троих или четверых красноглазиков. – Элима приняла решение, что и требовалось доказать. Скотина ты, Неритэль. Ударил по самому больному месту. Надо вернуть разговор в политическое русло.
