Побережье, как и до этого, не изобиловало укромными бухтами и заливами – добывать ракообразных и моллюсков было проблематично. Но путники серьезных проблем с едой не испытывали – находили ее на суше. Здесь было гораздо теплее: холодное течение, судя по всему, отклонялось к востоку, уходя в море. Льдины больше не встречались, да и вода заметно нагрелась, хотя купаться в ней по-прежнему было некомфортно. Растительность с каждой милей становилась все роскошнее – если возле хижины Эль росли лишь кустарники и корявые деревца, то уже на второй день пути стали попадаться целые рощи великолепных сосен, елей и кедров. В этих зарослях сновало немало зверья и птиц, но, увы, без лука охотиться на них было проблематично. Впрочем, находчивый Ап, вырезав из куртки узкий ремень, соорудил пращу и ловко сшибал из нее непуганых рябчиков и куропаток, подпускавших людей на несколько шагов без опаски. Помимо этого добывали орехи из прошлогодних кедровых шишек, а Эль легко находила съедобные корни и травы. Особенно Тиму с Апом понравились молодые мясистые побеги папоротника – получше, чем самая сочная капуста.
Ночевали под открытым небом, набросав вокруг костра груды лапника. К счастью, дождей не было, да и ночи оказались не слишком холодны.
Тиму эти места понравились. Хоть и привык к степи, но не отказался бы в таком лесу пожить. Странно, что людей здесь нет. Эль уверяла, что отравленных земель рядом уже не встретишь – они тянутся гораздо западнее. Даже грозный Суслик, незаметно следовавший где-то неподалеку за своей повелительницей, в итоге исчез – отправился назад. Эта тварь не хотела слишком удаляться от родной язвы (к великой радости Апа).
Ненормально, что люди не желают здесь селиться. Очевидно, страх перед наследием Древних слишком велик.
Около полудня третьего дня Тим, неустанно наблюдая за солнцем, остановился, устало присел на камень и сообщил новость:
– Мы уже несколько часов идем на восток.
– Ну и что? – не понял Ап.
– Нам надо на север, а берег ведет нас на восток. Вот, смотрите… – Тим развернул изрядно затасканную карту, ткнул пальцем: – Мы шли вот по этому побережью. Оно почти ровное и тянется с севера на юг. Но вот здесь длинный мыс, вырастающий из него на восток. Мы, похоже, дошли до берега мыса. За ним начинается Ания. Если мы и дальше пойдем по берегу, то у нас уйдет на дорогу несколько дней. А если пойдем напрямик, то, наверное, уже завтра достигнем границы Ании.
– А язвы на этом мысу нет? – уточнил Ап.
– Не показано. Показано, что мыс гористый, и все. Вон дальше, у горизонта, горы поднимаются. Но они не кажутся мне серьезными – на холмы высокие похожи. За тем хребтом должна быть Ания.
Эль, внимательно разглядывая карту, тихо добавила:
– Если верить твоей карте, то этот мыс целиком является частью Ании. Но мы не видели еще ни одной деревни. И следов человека мало, да и старые они все.
Ап хохотнул:
– Я вот неграмотный, но зато без всякой умной карты знаю, что на юге у Ании никакой границы нет и быть не может. В ней надобности нет – южнее только язва и кусочки неотравленных земель, на которых честные люди боятся показываться. Можно все это смело называть собственностью Ании – никто не обидится. Так что эту границу на бумаге проводить можно где угодно.
– Ты думаешь, на этом мысу людей нет? – уточнил Тим.
– Не знаю, может, и есть. Но если и есть, то немного. Здесь нет рудников, земель хороших тоже нет – скалы, холмы да камни. Пастбищ богатых тоже не найти. Так что в лучшем случае кое-где ютятся нищие деревеньки. Хотя на другой стороне, за горами, должно быть получше – эти холмы ведь защищают от холодных ветров с юга. Ания, конечно, страна прохладная и виноградникам здесь не место, но рожь и овес эти воры все же выращивают в таких количествах, что у них это добро даже покупают. Я как-то раз остался без медяка в кармане и в ватагу портовых грузчиков затесался. Так хорошо помню – если корабль из Ании пришел, то готовь спину к мешкам с зерном.
– Ладно, – оборвал Тим товарища. – Надо решать – идем по берегу или напрямик?
– На берегу могут встретиться деревни рыбаков, – предположила Эль.
– И толку нам от этих нищих деревушек? – буркнул Ап. – Нам надо быстрее добираться до нормального города, желательно сразу до столицы местной – Аруфиры. Плохо, что у нас негусто с деньгами, но там, думаю, способ зашибить маленько меди найдем. А то и серебром разживемся. Выкрутимся как-нибудь – не впервой. Не знаю, сколько лет я проторчал в глыбе льда, но сомневаюсь, что в такой дыре, как Ания, могло что-то перемениться. Хуже, чем было, уже быть не может, а лучше там никогда не станет. В Ании всего одна хорошая вещь – ржаная водка. Гнать они ее умеют, правда, эти воры вечно норовят мерзкую сивуху подсунуть вместо чистой. Насчет водки я, правда, неохоч – мне бы пивка. Пиво в Ании, скажу откровенно, – моча больного хорька. Но я сейчас и на такое согласен – воды я за это время на целую жизнь вперед напился.
