— Да вроде немного. У меня все внутри бурлило и клокотало, а этот выброс просто ослабил напряжение. А тут дети плачут, страх…
— Всех законников выкупают люди Карама и возвращают домой. Кого не успевают выкупить, выкрадывают и опять же отправляют домой.
— Мой вариант быстрее.
— Несомненно, — засмеялся я. Я не переставал покрывать лицо и шею Киани поцелуями. И ее напряжение почувствовал моментально.
— Почему ты не захотел, чтобы я была рядом, когда ты все будешь вспоминать?
— Я не хотел, чтобы ты видела меня слабым. Не знал, как все пройдет. Не хотел заставлять тебя переживать за меня. Боялся, что потеряю контроль, ты такая хрупкая, нежная, я боялся зацепить тебя.
— Ты не жалеешь, что вспомнил?
— Я жалею, что не сломал печать раньше!
— Сломал? — пораженно прошептала Киани, ее руки взметнулись вверх, тонкие пальцы коснулись висков, тонкая магия сканирования полилась из них, но я перехватил руки, прижал их к губам.
— Все хорошо, родная. Правда, все хорошо. Не трать силы. Я в полном порядке.
— Тогда почему не даешь проверить себя? — насторожилась любимая. Я приложил ее ладошки к своей груди, туда, где, оберегаемое ее даром жизни, билось сердце.
— Потому что ты уже помогла раньше, всегда помогала. Вот только понял я это слишком поздно. Ты столько успела пережить без меня.
— Но сейчас-то ты рядом, — улыбнулась она.
— И останусь так навсегда.
— Я удачно выбрала себе телохранителя.
— Я могу быть не только телохранителем, — прошептал я, вновь целуя ее и передавая все свои чувства, что будоражили тело и душу.
Она покачнулась, и я просто подхватил ее на руки, молча, не разрывая губ, понес к кровати и осторожно уложил.
— Тебе нужен отдых, — тихо прошептал ей.
— Нет, я не хочу спать. Я боюсь. Вдруг я опять тебя забуду, дядя опять напоит нектаром. И ты, вдруг ты исчезнешь. Вдруг сейчас это просто моё воображение. И завтра…
— И сейчас и завтра я останусь рядом с тобой.
Я снял с ее ног туфли, поправил подушки.
— Тогда ляг рядом. Не хочу быть одна, и… И я больше не хочу пить нектар. Хорошо? Я больше не хочу вечно хихикать.
Я засмеялся и, кивнув, присел на кровать.
— Засыпай, я буду рядом. Клянусь.
— Нет, не так.
Киани передвинула подушки, отодвинулась от края и похлопала ладошкой рядом с собой.
— Хочу слышать, как бьется твоё сердце, — тихо прошептала она. — Ты тоже должен отдыхать, так почему не вместе.
— Потому, что ты пока еще не моя жена, — заметил я, борясь с искушением принять ее предложение.
— Все еще хочешь делать все правильно? — Задумчиво протянула Киани.
— Нет. Ко всем тварям мрака, такую правильность! — Решил я. Сапоги, ремень и жилет полетели на пол. Я сел рядом с сидящей в удивлении Киани, облокотился на подушки и раскрыл ей объятья.
— Спать! До утра осталось пара часов, — заявил я любимой. Счастливо улыбнувшись, она скользнула мне на грудь, прижалась и тихо прошептала:
— Люблю тебя.
— Я сильнее…
Киани только рассмеялась, а через пару минут ее дыхание выровнялось, и она уснула. Меня же переполняли мысли, чувства и предчувствие, и оно не подвело. Полумрак комнаты сгустился и из него шагнул белоснежный конт:
— Ревнуешь к словам? — хмыкнул он, присаживаясь на кровать рядом с Киани.
Сейчас на нем не было защиты, и я чувствовал его сущность. Вот только отступать не собирался.
— Ревновал, — поправил я конта. — Раньше. Но ее чувства ко мне совершенно другие.
— Да, то, что ее связывает с тобой, светится иначе и ощущается тоже. Знаешь, я не думал, что она тебя вспомнит так быстро. Но один твой взгляд, и она пошла напролом. Стерла действие нектара, перенаправила на других его магию. Ты очень много значишь для нее.
— Она значит для меня не меньше, — прошептал я, обнимая Киани, доверчиво льнувшую к моему боку.
— Береги её, иначе…
Я почувствовал угрозу, сердце сбилось с ритма, мысли ухнули куда-то во тьму. Ужас охватил каждую клетку моего тела.
— М-м… — недовольное мычание Киани оборвало все разом. Я снова смог связно мыслить, дышать, говорить. Моя любимая по-хозяйски закинула на меня ногу и руку, потерлась щекой о рубашку.
Конт усмехнулся, покачал головой и уже мягче посмотрел на меня.
— Береги ее. Она любит тебя.
— Я отдам за нее все, что у меня есть. Свою жизнь, душу и дар.
— Она отдаст за тебя не меньше, — покачал конт. — Помни об этом.
Конт исчез так же, как и появился. Я погладил любимую по голове и почувствовал, как нас с ней накрывает куполом безопасности. Это была мощная сила, светлая, чистая.
— Благодарю.
Кажется, я успел это сказать до того, как провалился в сон.
Рейстара
Я замерла у колыбели. Я стала матерью. Странное чувство…
Маленький красный комок морщился, пытался ухватить свои пальцы в рот, кряхтел от натуги, но не ныл. Уже хорошо.
Отец вышел из черного портала и, подойдя к колыбели, встал рядом, довольно смотря на младенца.
— Горжусь тобой. Наследник чистой крови. Это то, что нам необходимо.
— Но он не единственный, — нахмурилась я.
— Мальчишки больше нет. Он умер в рабстве и муках, всю его родовую силу уничтожили до этого.
— А мой муж?
— Рано! У нашего Хозяина на него свои планы.
— Какие?
