— Семя дернулось в груди Киани один раз. В заповеднике, рядом с куполом. Аргайл тогда ударил в стену сгустком темного огня, и Киани обратила на это внимание. Семя дрогнуло, я думал, оно раскроется. Но Киани так обрадовалась, что Ар рядом, что мне показалось это незначительным инцидентом.
— Значит, я прав! — вдохновился Фабердини. — Семя чувствует, когда рядом открытый источник. А значит, и остальные предположения могут стать верными!
— Это было только один раз? — решил уточнить мастер Ярим. Я только кивнул. — Значит, до раскола семени в груди Киани, она с ним не сталкивалась на прямую.
— Нет, сталкивалась! — Лиэри выпрямилась в своем кресле. — Я почувствовала магию, когда она прикоснулась к телу младшего из братьев. Сая. Первый раз, когда она наносила мазь, оно словно прислушивалось и приглядывалось к ней. А когда Киани уже обтирала его тело, сила темного пламени дало ей видение о гибели матери Сая.
— Вот как? Я думал, это была магия Киани, — заметил Фабердини.
— Нет, это точно было темное пламя. Причем оно действовало очень осторожно. Когда оно впервые пришло к Киани от Вайлера, оно полыхало, словно желая за раз сломить, поглотить Избранную, но вот рядом с темными драконами оно уже не шло на пролом. Тонкими струйками питало семя у нее в груди и подкидывало видения, словно наблюдая, как она отреагирует.
— Драконы старались сразу убить тех, кто пробудил темное пламя. Считалось, что, чем дольше оно в теле дракона, тем больше зла принесет. — Сказал я то, что сообщил мне Истинное пламя. — Но в тот момент разом появилось семеро драконов. Это была бы большая потеря для крылатых, и было принято решение оставить их, дать возможность взять силы под контроль и помочь справиться с черными слизнями, защитив тем самым остальных драконов. И это еще не все. Истинному доставили кувшины, где, помимо чешуи Аргайла, была и кровь Киани. Кровь в пламени огня Повелителя превратились в семена цветка, что был священным на родине драконов. Он решил, что это знак и отдал их темным, чтобы они хранили семена и надеялись на возвращение света.
— Это волшебные семена? Может они помогут? — Заинтересовался Фабердини.
— Кроме их необычного появления, я не чувствую в них никакой магии, — покачал я головой.
— Ясно, тогда продолжим. Спасая братьев, Киани пошла на поводу у темного пламени, оно подыграло ей и предложило свою помощь. Выкачивая из Элиера темное пламя, семя тем самым напитало и себя силой. И уверен, стало наблюдать за своей хозяйкой.
Прямое противостояние с Киани оно не выдержало, и изучая, как Киани помогла Саю, оно стало выискивать силу и слабость нашей девочки, — нахмурился мастер Ярим.
— Аргайл, братья, дух мира, — перечислил мастер Фабердини.
— Именно. Мыли о них, придавали Киани сил удерживать контроль. Но и пламя не спало, а действовало изворотливо, сливаясь с чувствами и энергией самой Киани, и привносило разрушение в ее силы, — подтвердил мастер Ярим.
— Бой со змеем! — Задумчиво кивнул И-Вань. — Я чувствовал, как ее захлестывает ужас, что змей может навредить братьям. Несмотря на то, что она прекрасно справлялась со щитами защиты, она все же потянулась к силе пламени, усиливая свою магию.
— Именно, и тем самым давая ему большую власть.
— А когда пришло соединение братьев и семьи, пламя уже распространилось внутри нее полностью, скрываясь в ее чувствах, магии, и это ты довольно хорошо почувствовал, — заметил мастер Ярим, смотря на демона, тот нахмурился.
— Мне тогда казалось, все нормально. Но, только здесь, понял, что действительно злость просто кипела во мне тогда, хотелось набить всем морду, что пытались отогнать меня от чешуи.
— Киани никогда не была глупой, — кивнул Ярим, — но темное пламя оказалось хитрее. Когда Киани исцеляла АшихТамара, она думала, что использует силу темного пламени, делая того слабее, но все было наоборот. Она опустошала себя, и темное пламя заполняло ее тело. Именно потому после исцеления она почувствовала сильную слабость и ушла с праздника.
— Я не понимаю! — Воскликнула Лиэри. — Она вернула братьев в семью, убила чудовище, вернула главе его силу — и такая благодарность?! Отправили ее в сарай! Обрубили связь. Они практически убили ее. И куда смотрели Вал и Тай! Неужели не могли позаботиться о сестре? Ведь они видели, как ей было плохо после боя. И вот так оставить её без внимания?
Все посмотрели на меня. Я не хотел защищать братьев Киани, но все же должен был сообщить то, что случилось в поселении.
— Девушки-человечки рядом с торками всегда воспринимались как игрушки, любовницы, которые не стоят ни внимания, ни защиты. Когда Киани представили сестрой братьев, то отец Вала посчитал, что девушка околдовала его сыновей, и решил разобраться с этим в поселении. Подозрение, недоверие. Он видел ее силу и решил, что Киани поработила его сыновей. Как пиявка подсела на их магию и силу.
— Что?! И ты не предупредил ее об этом?! — Вскочил демон. — Хорош друг. Папенька задумал плохое дело, а ты…
