Если так посудить, по сравнению со мной, князь совсем еще ребенок, у которого еще все впереди. Как ни крути, а это уже третья моя жизнь. Вряд ли еще остались эмоции, которые я бы не испытала.
Когда тебя кто-то заставляет поступать против своей воли, тут любой будет недоволен, но вот так вот, когда человек просит о помощи, как не согласиться?
Зима только началась, в любом случае, до весны за пределы севера уехать непросто, чего уж.
Да и, думается мне, обида за мой побег родителей и братьев еще слишком свежа, чтобы возвращаться, неровен час нарвусь на суровое наказание. Каким бы оно не было, это не так страшно, как лить слезы над могилой все х тех, кто был тебе дорог, но все равно не хочется на себе испытывать терпение семейства.
К хорошему быстро привыкаешь. А на севере, что уж говорить, мне очень даже неплохо.
«»»»
Когда я говорила, что останусь и помогу князю, я имела в виду интриги, обличение секретов и шпионаж за вассалами… В итоге же на меня свалилась небывалая гора бумажной работы: однотипной, нудной и вгоняющей в сон.
- Эрик, попроси Марту принести еще кофе, пожалуйста-а…- зеваю, откинувшись на спинку стула и отодвинувшись от стола так далеко, как это возможно.
Молодой секретарь, смеясь, кивает, и выходит из кабинета его светлости, которым мы продолжаем нагло пользоваться и после того, как его хозяин вернулся в человеческое обличие. Кстати, о наших баранах.
Его светлость вместе с рыцарями собрались следующим после нашего разговора утром и умчались туда, откуда мы только-только вернулись. За предел, в те дикие земли.
- Арни, пушистая морда, - вожу чернильной ручкой по уголку одной из страниц бюджета поместья на следующий месяц. – Вот такие у тебя были уши, а вот такой вот нос, любопытный, и пасть, полная клыков, до боли острых…
Скучаю я по своему малышу. Даже по его слюням на моей подушке и шерсти в таких местах, где ее быть не должно. Мы круглые сутки были вместе, и вот так вот внезапно…даже не сепарироваться, а расстаться, по-настоящему окончательно и бесповоротно, как же несправедливо!
Хантер бросил меня работать и уехал, вот уже неделю как их нет. Ни Питера, ни Астрид – в Розенхольме остались только те рыцари, которых я не знаю.
- Леди Ниль! – Эрик возвращается быстрее, чем я думала. Юноша странно возбужден. – Леди, патрульные рыцари поймали подозрительного человека на территории замка. Он явно не северянин.
- Идеально! Прекрасный день для пыток! – поднимаюсь на ноги так резко, стул позади едва не падает.
Хоть какое-то развлечение. Неимоверно длинная была неделя.
Мужчину со связанными за спиной руками я замечаю сразу же, стоит нам с Эриком спуститься вниз, в вестибюль, где в обычные дни очень тихо.
Рыцари склоняют головы:
- Леди!
- Ага-ага, - машу рукой, не до этих расшаркиваний. – Ты кто такой? Чего здесь забыл? Кто послал?
Коленопреклоненный явно не по своей на то воле мужчина злобно зыркает исподлобья.
- Капсулы с ядом во рту у него нет, мы проверили, - докладывает один из патрульных.
Ох, точно. Молодцы, сообразили. То еще зрелище, наверное, было эта проверка. Я бы поглядела, хе-хе.
Встаю напротив вторженца и скрещиваю руки на груди. Ну, давай, мой хороший, говори, чего как не родной, видно же, что от него очевидную вещь требуют.
Молчит как партизан.
- Ну, как хочешь. Парни, избавьтесь от него да прикопайте за воротами, чтоб ландшафт в саду не портить…
- Ладно-ладно, я скажу! – кричит мужчина, когда рыцари берут его под локти, исполняя приказанное.
Другое дело.
Кстати, а одежка на этом индивиде не из дешевых. Вряд ли этот щегол лет тридцати на вид простой слуга.
- Барек Биргир, из побочной ветви клана Агнар. Прибыл по поручению короля. С инспекцией!
Вот как.
- С какой стати вы меня схватили? Как посмели, об этом будет непременно доложено его величеству!
Я машу рыцарям, которые собрались приструнить вскочившего на ноги вторженца, чтобы не трогали.
- Ясное дело, шатаетесь вокруг замка как вор, вот вас и схватили, чего жаловаться? Почему сразу нельзя было сказать, на лбу же у вас не написано, кто вы такой?
Недовольный петух, и как его можно было не заметить, такие яркие одежды и эти пуговицы, золотом блестящие на свету, на фоне белого снега, кроме которого на улице других цветов почти и нет.
- Ты! Ты кто такая? Что ты можешь знать? Меня схватили самым бесцеремонным образом, полезли в рот грязными похожими на сардельки пальцами, нанесли ужасное оскорбление и заставили ползать на коленях у невежественной девицы! И угрожали расправой! Не думайте, что король об этом не узнает!
