Я уже с большим усердием именно этим и занимался, летя сломя голову обратно на дорогу. Когда мы там оказались, Сэма нигде не было видно. Я замедлил скорость, остановившись совсем, когда мы снова оказались на дороге. Я оглянулся, посмотрел через заднее стекло.
– Уж очень хочется посмотреть, что произойдет, – сказал я.
«Дьяволы» встретились. Казалось, они поглотили друг друга, слившись в одно облако, похожее на циклон. Оно стояло на месте, но вращалось в два раза быстрее, чем каждое из предыдущих в отдельности. Потом что-то стало происходить в центре облака. Извивающиеся тени поблекли, на их месте возникла все ярче и ярче разгоравшаяся звезда раскаленного добела света. Звезда росла и разгоралась до тех пор, пока на нее стало невозможно смотреть. Я закрыл глаза, потом снова открыл их, когда свет начал меркнуть. Звезда подверглась коллапсу, и все явление вместе распалось на огненные ленты, которые вихрились вокруг меркнущего ядра. Потом «дьявол» стал преображаться, слившись в огромное облако, которое было в два раза больше, чем каждый из «дьяволов», но темнее по цвету. Облако было нестойким. Части его по-прежнему отлетали пылающими комьями, постепенно испуская излучение, которое рассеивалось в воздухе.
– Долго оно не просуществует, – сказал Роланд. – В результате взрыв может разнести всю планету.
Я хлопнул себя ладонью по лбу.
– Замечательные идеи приходят тебе в голову, Роланд. Когда ты смотрел в будущее, там вообще было будущее?
Роланд потер подбородок.
– Мне кажется, нам надо быстро найти что-то, на что можно было бы навести и сосредоточить разрушительную энергию этой дряни. Нечто почти неразрушимое, что поглотило бы большую часть энергии «дьявола», прежде чем разрушилось бы.
– Не шевроле же, – сказал я почти безнадежно.
– Боюсь, что да.
Поэтому, я развернул волшебную карету Карла на сто восемьдесят градусов и поехал прямиком в ворота ада.
«Дьявол» встретил нас на полдороге. Кипящее облако поглотило нас, и мы жарились в радиации, пока окна не потемнели и не отрезали нас от этого ужаса. Мы сидели, словно в середине ядерного взрыва.
Я сказал:
– Надо полагать, у тебя есть лазейка, через которую ты нас отсюда выведешь?
– Нам придется бросить машину, – сказал Роланд, положив руку мне на плечо. – Готовься!
В шевроле было страшно жарко. Очень жарко. Сиденье стало припекать мне спину и ноги, когда Роланд хлопнул меня по плечу.
– Ну, – сказал он, – вставай и иди.
Я так и сделал. Машина исчезла. Мы шли по проселочной дороге. Была почти весна, закат дня. Дорога была глинистой, красной и холодной, по сторонам торчали остатки прошлогодних сорняков. Голый ветвистый лес рос справа от дороги, налево был луг с почерневшей травой, откуда там и сям торчали полузаросшие черные валуны. Небо было серым. Пенсильвания.
– Очень красиво, – сказал Роланд. – Только немного холодно и неуютно.
Холодный пронизывающий ветер доставал меня даже через куртку. Бурые листья лежали вокруг, втоптанные в гравий дороги. Солнце казалось рыжим мазком за горизонтом. В воздухе пахло ранней весной. За холмами прокричала птица, ветер прошелся по остаткам травы на холме.
– Ты никогда не ходил по каким-то особым частям Субстрата, – сказал Роланд, – ты всегда идешь по своим желаниям и мечтам. Знаешь, ведь Субстрат бесконечен. Но и по настоящей вселенной тоже можно так ходить.
– Да? А разве это не Земля? Мне-то показалось, что это настоящая Земля.
– Может быть, но, скорее всего, это обобщение разных мест, которые ты знал в своей жизни.
– Может быть, ты и прав. Это похоже на Пенсильванию, но не похоже ни на одно конкретное место, которое я помню.
Мы все шли и шли. Почему-то мне казалось, что я обязательно должен идти. Воздух был чистым и свежим, и я пил его большими глотками.
– Прекрасно, – сказал я. – Но я должен вернуться обратно к Сэму.
– У нас сколько угодно времени, – сказал Роланд. – Не волнуйся. Найди ту дорогу, которую тебе хочется. Если она окажется не той, какую нужно выбрать, найди другую.
Я находил дороги, что верно, то верно. Дороги, которые вели нас через такие места, в которых не хотелось и глаз открывать, не говоря уже о том, чтобы провести там выходной.
Мне казалось, что мы шли целыми днями. Что прошло уже очень много дней…
Мы пришли к широкой автостраде, которая была сделана из серебристого металла. Она простиралась между голубыми скалами. Я огляделся на ней. Я и понятия не имел, куда и откуда она ведет.
– Роланд, где мы, черт возьми?
– Не знаю. Найди другую дорогу.
Я искал и находил дороги. Все они были мне совершенно не нужны.
Я нашел еще одну дорогу, и она была просто замечательная, вот только не вела туда, куда мне хотелось бы поехать. Еще одна дорога – и я немедленно ее покинул.
– Сдаюсь, – сказал я.
– Как насчет вот этой?
