А вот то, что случилось потом, я никак не ожидал.
За время службы я успел навидаться всякого, так что сказать, чтобы я был сильно шокирован, нельзя. Скорее, я был зол. Очень сильно зол. И, кажется, только теперь понял, почему Ольга так странно себя повела с лётчиком. Я бы тоже не хотел, чтобы она меня увидела меня в таком состоянии. И уж точно не хотел бы, чтобы она узнала, на что я способен.
Фёдор умирал тяжело. Его истязали. Не слишком профессионально — но совершенно изуверски, что называется, «без тормозов». Видимо, среди уголовников нашёлся особенный отморозок, которого и отправили в составе отряда преследователей.
Его тело успело закоченеть на морозе. Потёки крови в белом свете светодиодного фонарика казались чёрными.
Я вздохнул, постарался закутать его в остатки одежды, как мог, после чего соорудил что-то вроде петель, которые набросил себе за плечи, и поволок тело обратно к «Прадику».
Но что озадачило меня больше всего, так это то, что после этого уголовники не стали продолжать преследование. Скорее всего, они не просто так издевались над Фёдором. Вероятно, это было допрос. И, судя по всему, они узнали то, что хотели.
Не останавливаясь, я достал рацию из-за пазухи. Попробовал вызвать автобусы, но их позывной не отзывался.
— «Скаут», давай я попробую, — вмешалась Алиса. — Ты далеко.
— Добро, — ответил я.
Я слышал, как она вызывает колонну. Судя по её дальнейшим репликам, связь удалось установить.
— «Скаут», ты тут? — взволнованный голос Алисы. — Что спросить хотел? Я передам.
— Скажи, пусть свяжутся с посёлком и будут настороже, — сказал я. — Возможны гости.
Последовала долгая пауза.
— «Скаут», посёлок не отвечает, — ответила Алиса взволнованным голосом.
Мы возвращались тем же путём, что приехали на место встречи. Там, где региональная дорога примыкала к съезду на подъездную к хозяйству, моё внимание привлекли следы на обочине. Кто-то съезжал с дороги в лесопосадку.
Мы с Алисой переглянулись — она тоже заметила следы.
— Надо бы проверить, — сказала она.
Вместо ответа я притормозил и остановился.
— Я на месте? — спросила Алиса, доставая с заднего сиденья карабин.
— Да, — кивнул я. — Прикрывай если что.
— Принято, шеф! — улыбнулась она.
Я взял фонарик, вылез из машины и подошёл к следам. Похоже, грузовик выезжал на технический съезд, где был промежуток в лесополосе, но потом вернулся обратно. И ещё несколько машин стояли на дороге.
Я не специалист, но следы протектора, отпечатавшиеся на снегу, мало напоминали колёса современных фур или самосвалов. Скорее, это было похоже на «Шишигу» — «Газ 66», или же на «Урал». Плохо. У беглецов из колонии были похожие машины. Хорошо хоть следов БМП нигде не видно… впрочем, они могли оставить боевую машину где-нибудь в резерве и спрятать, больно уж много горючего жрёт.
Заинтригованный, я направился в сторону технического съезда. Грузовик проехал метров двадцать, и встал, спрятавшись за деревьями. Выезжал он задним ходом.
«В туалет они тут ходили, что ли?» — озадаченно подумал я.
И тут фонарик выхватил из темноты следы на насте, уходящие в поле. Следов довольно много, некоторые — босые. Вспоминая охранника с птицефабрики, я поёжился. Но пошёл дальше вперёд.
Там в снегу была яма. Не сильно глубокая, может, полметра. Шириной метра два и длиной где-то восемь.
На дне ямы лежали трупы. Какие-то в серых ватниках заключенных, кто-то — в одном нижнем белье. Все были убиты выстрелом в голову. Тот, кто сделал это, даже не удосужился снегом присыпать место массовой расправы.
Я опустился на колени и потрогал ближайшее тело. Уже одеревенело — значит, с момента убийства прошёл минимум час. Мороз сейчас не слишком крепкий, может, минус пять.
Ещё раз внимательно осмотрев место, я обнаружил гильзы. Семь шестьдесят два — или АК-47 стрелял, или РПК. Значит, точно те самые уголовники, которые зашли на склады после нас.
Поднявшись, я вернулся к машине.
— Что там? — с беспокойством спросила Алиса.
— Трупы, — ответил я.
— Кого-то из местных захватили?
— Нет. Похоже, над частью своих расправились.
— Почему?
— Да кто ж их знает? — я вздохнул и пожал плечами. — Возможно, борьба за власть…
— Что делать будем? — спросила Алиса. — Если б наши отбились — наверняка на связь бы вышли…
— Будем исходить из того, что и посёлок, и спасательная партия захвачены, — ответил я. — Видимо, их врасплох застали.
— Согласна, — кивнула Алиса.
— Пока темно, надо незаметно попасть в посёлок, — предложил я. — Машину спрячем в перелеске, у холма на въезде.
— Рискованно, — сказала Алиса. — Они могут дозоры выставить.
— Так далеко, скорее всего, не поставят, — возразил я. — Думаю, ограничатся периметром посёлка. В конце концов, у них ведь нет такой угрозы, которая была у нас.
— Они могут нас искать.
— С чего бы? Только если кто-то из наших проболтался, а я ставлю на то, что этого не случилось. И потом, если бы так было — они уже послали бы навстречу перехватчиков.
— Тоже верно.
— Ты можешь тут остаться, машину посторожить, пока я разведаю, что и как.
Алиса улыбнулась.
— Ты же не серьёзно, да?
Я посмотрел на карабин. Вспомнил о её навыках. Потом кивнул.
