В Platinum было шумно и очень весело, но Белова считала минуты до возвращения домой. Её не радовали дружелюбные лица одногруппников, шикарный интерьер пафосного заведения и всеобщая атмосфера праздника. Больше всего хотелось оказаться на своей кухне и открыть любимый роман и почитать в тишине. Она даже отодвинула стакан апельсинового сока, который цедила весь вечер, и стала раздумывать над тем, какие травы сегодня заварит в чай.
Полина вообще весь вечер чувствовала себя не в своей тарелке, ощущая какую-то неясную тревогу. Успокаивало только поглаживание нежной бежевой замши на платье, которое, вопреки опасениям, село просто идеально. Ткань ощущалась, как вторая кожа и подчеркивала каждый изгиб тонкого девичьего тела, при этом закрывая все от горла до колена.
— Красивое платье, — думала Полина, вспоминая, как впервые увидела себя в нем в зеркале, — только вот повод не тот.
— Я отойду с девчонками? — появившаяся из ниоткуда Вика пыталась перекричать шумную музыку, но получалось плохо. Мощные динамики разносили звук по помещению просто молниеносно, поэтому слышно было только модные треки, а голоса терялись во множестве басов и битов.
— Иди, — Полина знала, что Борцовой давно и безнадежно нравится Марк Соболев, поэтому понимала, что воодушевление подруги и желание отойти связано именно с этим.
Да, подруги обещали не разлучаться, но она уже три раза отказывала Вике в просьбе пойти к вип комнатам, поэтому не видела повода препятствовать. Возможно Полина и сама в это время улизнет домой.
Когда рыжая шевелюра Борцовой скрылась в толпе, Белова быстро попрощалась с ребятами, сидящими за столом, и заторопилась к выходу, на ходу надевая пальто.
От осознания того, что этот бесконечный вечер почти закончен, она не сдержала улыбки, однако уже в следующую секунду улыбка превратилась в болезненную гримасу — на входе в основной зал стоял Эмиль и сверлил её взглядом.
— Куда торопишься? — глупо было надеяться, что Кайсаров позволит ей просто прошмыгнуть мимо и не схватит за локоть. Так и произошло.
Одним резким движением Эмиль максимально сильно приблизил к себе задеревеневшее тело девушки и прошипел:
— Выйдем?
— Я не хочу…
— Лгунья. Ты же к выходу торопилась.
Пока Кайсаров тащил её на улицу, перед глазами Полины пронеслась вся её жизнь. Именно сейчас, когда она при каждом вдохе ощущала дорогой цитрусовый парфюм Эмиля, вдруг вспомнилось, что за все три недели января она ни разу его не видела. Может быть поэтому это время и было самым спокойным?
Дура, какая де она дура! Глупо было надеяться, что ее оставят в покое. Не нужно было идти…
Не попадаться им на глаза…
Снова не вышло.
После тяжелого горячего воздуха, которым был наполнен танцпол, морозный январский воздух показался просто ледяным. Каждый новый вдох причинял Полине настоящую боль, оседая морозным инеем на связках и отзываясь дрожью в пальцах.
— Ты думала, всё это тебе с рук сойдет? Сначала настучала, как крыса, потом ходила Черному и нюни распускала, — Эмиль грубо прижал одеревеневшее тело девушки к холодной стене и склонился сверху.
На контрасте с холодным воздухом его дыхание, облаком опускающееся на лицо Полины, казалось невероятно горячим. Кайсаров пах дорогим алкоголем и сигаретами, но Полине совсем не нравилось. Этот дорогой мужской аромат, смешанный с запахом виски, ассоциировался у неё со страхом и ненавистью.
— Я… я… отпустите…
— Блеешь, как овца… И глаза свои зеленющие вылупила, совсем как в ту ночь. Но, знаешь это даже заводит… Такая вся чистенькая, правильная… Я тебя немного испачкаю…
Кайсаров был сильно пьян и разговаривал скорее сам собой, чем с Полиной. Приблизившись ещё ближе, он уперся пряжкой ремня ей в живот и бесцеремонно проник девушке под пальто. Сильные мужские пальцы обхватили женское бедро и так больно сжали, что из груди Беловой раздался приглушенный стон. Но это только сильнее раззадорило Эмиля. Словно в замедленной съемке, он наклонялся всё ниже и прижимал её всё сильнее, как будто готовясь съесть.
В какой-то момент до смерти перепуганной Полине даже показалось, что Кайсаров изнасилует её прямо здесь у холодной стены ночного клуба, и так как силы были не равны, а попытки вырваться не увенчались успехом, Белова стала умолять:
— Прошу вас, Эмиль… Прекратите… Я не хочу…
Её всхлипывания смешались с его похабными смешками, но в какой-то момент Кайсаров расслабился больше чем нужно, принявшись расстегивать пуговки на тонком девичьем пальто, чтобы получить доступ к телу… Именно в этот момент Полина бросилась наутек.
Только бы спастись, только бы сбежать… И больше никогда, никуда…Ни шагу из дому!
Он догнал её у самого входа в Platinum. Пьяного Кайсарова не остановили свидетели, с интересом наблюдающие за неоднозначной ситуацией, и он схватил Полину за ворот пальто, дернув на себя, но вдруг из дверей клуба вышел Черный.
В этот момент Захар показался Полине даром небес. Её воспаленный мозг вдруг решил, что Черный обязательно спасет её прикажет своему дружку-подонку прекратить.
