Досье Дрездена полностью

Светящиеся глаза Боба сузились, почти погасли, потом снова посветлели.

— Рыцарь Сидхе смертен, — сказал Боб. — Это вроде как чемпион одной из династий сидхе. Он обладает властью высшего придворного, и он единственный, кому позволено действовать в тех случаях, когда дело касается не только сидхе.

— Не понял.

— Чего тут понимать? Если одна из Королев хочет устранить кого-то, она делает это руками своего Рыцаря.

Я нахмурился.

— Погоди-ка. Ты хочешь сказать, что Королевы не могут собственноручно прихлопнуть никого, не относящегося к их подданным?

— Ну, конечно, не в случае, если мишень сдуру заключает фатальную сделку, даже не попытавшись выменять краденого младенца на…

— Не уклоняйся от темы, Боб. Скажи просто: надо мне на этот раз опасаться, что меня укокошат, или нет?

— Конечно, надо, — ободряюще заверил меня Боб. — Это значит всего лишь, что Королеве не позволено лично, своими руками укоротить тебе жизнь. Не царское это дело. Впрочем, никто не мешает ей, скажем, заманить тебя в зыбучие пески и смотреть, как ты барахтаешься. Или превратить тебя в оленя и напустить на тебя гончих. Или усыпить на пару-тройку столетий. В таком роде.

— Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но знаешь, что мне кажется? Если Ройель, и правда, Летний Рыцарь, Мэб не смогла бы убить его. Верно? Тогда почему подозревают ее?

— Потому, что она могла совершить это не лично. И еще, Гарри, есть шансы, и немалые, того, что само по себе убийство Ройеля сидхе не так уж и беспокоит. Они меняют Рыцарей как перчатки. Сдается мне, их огорчает кое-что другое. Единственное, о чем они пекутся по-настоящему.

— Власть, — предположил я. — Сила.

— Вот видишь, и ты иногда способен при желании шевелить мозгами.

Я покачал головой.

— Мэб сказала, что-то похитили, и я узнаю это «что-то». И у меня есть предположения на этот счет. Насчет какой власти мы говорим?

— Рыцарь Сидхе — это тебе не фиг собачий, — напомнил Боб.

— Значит, мы имеем дело с уймой магии, исчезнувшей в неизвестном направлении. Ограбление века, — я постучал ручкой по столу. — Откуда, кстати, берется вся эта магическая энергия?

— От Королев.

Я нахмурился.

— Ладно. Скажешь мне, когда я собьюсь со следа. Если она исходит из Королев, значит, это часть их, так? Если Рыцарь погибает, энергия возвращается к Королеве, словно притянутая резинкой.

— Совершенно верно.

— Но на этот раз этого не произошло. Значит, Летняя Королева лишилась уймы сил. В общем, ослабла.

— Если все так, как говоришь, да, — согласился Боб.

— Равновесие между Летом и Зимой нарушено к чертовой матери… Черт, да ведь это объясняет дождь из жаб. Это серьезный поединок сил, так ведь?

Боб закатил свои глаза-огоньки.

— Ты про смену времен года? Тю, Гарри. Сидхе ближе к миру смертных, чем кто-либо другой из Небывальщины. До сих пор Лето обладало незначительным преимуществом, но, похоже, оно его лишилось.

— А я-то думал, глобальное потепление имеет место из-за того, что коровы пукают, — тряхнул головой я. — Значит, Титания утратила уйму жизненных соков, и подозрение, разумеется, падает на ее извечного врага, Мэб.

— Ага. И ведь ничего не скажешь, от извечного врага вполне естественно ожидать такого.

— Я думаю, — согласился я и хмуро покосился на свои записи. — Боб, а что случится, если баланс между дворами не восстановится?

— Ничего хорошего, — ответил Боб. — Это скажется на климате, вызовет изменения в составе растительного покрова и животного мира, и рано или поздно приведет к войне династий сидхе.

— Это почему?

— Да потому, Гарри. Когда равновесие уничтожено, единственное, что остается Королевам — это разнести все в пух и прах, а потом дать улечься и образоваться заново естественным путем.

— А чем это аукнется мне? — поинтересовался я.

— Это зависит от того, кто будет иметь преимущество, когда все уляжется, — вздохнул Боб. — Война может породить новый ледниковый период, а может спровоцировать буйное размножение.

— Ну, последнее звучит не так уж и плохо, — заметил я.

— Если только это не относится, скажем, к вирусу лихорадки Эбола. У тебя ведь много друзей.

— А… Что ж, значит, и это не лучше.

— Вот именно, — с энтузиазмом согласился Боб. — Впрочем, ты не забывай: это всего лишь теория. На моей памяти такого не случалось. Впрочем, по их меркам, я еще малолеток. Так или иначе, это нечто, чего Королевы по возможности постараются избежать.

— Чем и объясняется интерес Мэб к этому, если она здесь ни при чем.

— Да даже если и при чем, — поправил меня Боб. — Она так и сказала тебе прямо, что невиновна?

Я помолчал, припоминая разговор.

— Нет, — сказал я, наконец. — Только намекала, а так ходила вокруг да около.

— Значит, не исключено, что это дело ее рук. Или следствие каких-то ее шагов.

— Логично, — согласился я. — Получается, чтобы выяснить, что это дело рук одной из Королев, нам придется найти ее орудие. Кстати, это очень трудно — укокошить одного из этих Рыцарей?

— Одного лестничного марша для этого маловато. Возможно, если бы он ехал на лифте, причем в твоем обществе…