Что-то странное происходит в Москве. Чья-то страшная воля управляет событиями, нагнетая обстановку. И Алхимик кажется лишь чьей-то разменной пешкой, и Неведомый клан снова кость поперёк чьего-то горла. Но чьего? Кто решил снова вмешаться в происходящее?И всё бы ничего, но события, закручивающиеся в тугой ком, неожиданно лопаются мыльным пузырём. И оказывается, что это – лишь игра. Игра на Доске Судьбы, где проигрыш может стоить больше, чем просто жизни, а выигрыш может позволить переписать мир заново!
Что-то странное происходит в Москве. Чья-то страшная воля управляет событиями, нагнетая обстановку. И Алхимик кажется лишь чьей-то разменной пешкой, и Неведомый клан снова кость поперёк чьего-то горла. Но чьего? Кто решил снова вмешаться в происходящее?
И всё бы ничего, но события, закручивающиеся в тугой ком, неожиданно лопаются мыльным пузырём. И оказывается, что это – лишь игра. Игра на Доске Судьбы, где проигрыш может стоить больше, чем просто жизни, а выигрыш может позволить переписать мир заново!
Глава 1. Встречи, мысли и решения.
Вступление
Ночь, безлюдная улица, освещалась только светом фонарей. Машины проносились мимо по дороге. Редкие прохожие старались побыстрее скрыться в своих домах.
А он скользил по улице, таясь в её ночных красках и сливаясь с ними. Как же давно! Как же давно он не охотился по-настоящему… кровь из пакетиков – это, конечно, удобно, но он предпочитал чувствовать биение сердца жертвы.
Особенно он любил детей. Нет, не малышей, но уже подростков. Он никогда не пил много, не ослаблял жертву сверх меры, предпочитая сделать несколько охот за ночь, но насладиться самой сильной, самой чистой кровью. Разве Изначальный этого не достоин?
Вот и он считал, что достоин. Четверо детей уже ощутили на себе его клыки за эту ночь, и каждому он оставил что-то в благодарность за угощение. Он же не вор, в конце концов.
Пятая жертва. Последняя – на сегодня, и голод, обычный вампирский, а не тот, что терзал его последнее время.
Пятая жертва. Мальчик четырнадцати лет. Каштановые волосы в легком беспорядке, одет опрятно – вполне подходящий кандидат.
Самаэль улыбнулся своим мыслям и пошел быстрее, нагоняя мальчишку. Вот жертва свернула за угол – пора. Вампир настиг парня и окутал его чарами – ребенок ничего не узнает. Даже не ощутит, что им питались. В тот же миг клыки погрузились в шею парнишки, и вампир сделал пару глотков. Удивительно, какая хорошая кровь – столько силы… столько жизни…
Да, жизнь… ему самому осталось немного. Еще пара ночей и Ната отпустит его обратно в Чертоги к долгожданному отдыху.
- Спасибо, парень. – Усмехнулся Самаэль, вкладывая в карманы парнишке плату – немалую сумму денег – а так же в голову – воспоминания, откуда эти деньги взялись.
В следующий миг вампир покинул переулок, снимая чары с ребенка, который так и не должен был узнать, что стал ужином для Самаэля.
Но ребенок внезапно достал из кармана деньги, хмыкнул, и выкинул в мусорный ящик. Потерев шею, мальчишка посмотрел вслед вампиру… и этот взгляд был слишком иронично-мудр для ребенка.
- Вот и все… поиграем, сестренка? – Мальчишка усмехнулся своим мыслям, а затем… просто вошел в стену.
В переулке все стихло, не падал больше в него свет, не заходили люди… а на стене, в том месте, где сквозь нее ушел странный мальчишка, остался рисунок – перевернутый треугольник с римской цифрой «3»… выполненный свежей кровью.
Часы неторопливо отматывали время. Тик. Так. Тик. Так.
Лежа на кровати в своей башне, Деми пыталась уснуть. Сбежавший капризуля-сон возвращаться не желал, при этом пожелал того же и другим сновидениям.
И хоть это немного попахивало безумием, свои собственные сны Деметра понимала. На часах было всего лишь три ночи, и все нормальные вампиры в это время развлекались кто где.
Девушка точно знала, что ее брат с Натой уже успели с легкой руки мамы усвистать в город, на нашумевшую премьеру недавней театральной постановки. Ночь была в восторге от предложения Ри, ну а Дем к театру всегда относился положительно.
В общем-то, Деми не сомневалась в том, что выкажи она такое желание, и парочка с удовольствием взяла бы ее с собой, но не хотелось.
Слишком уж они выглядели счастливо, поглощенными друг другом.
Была идея отправиться в зал и немножко повымещать злость на боксерской груше или попросить папу потренироваться… Проблема была в Самаэле. Могли в любой момент возникнуть вопросы, а Деми сейчас не хотела никому ничего объяснять.
По этой же причине, вампиресса не могла отправиться к Госту.
В итоге, ситуация была далека от радужной, и только привычка делать хорошую мину даже при плохой игре не давала Деми сдаться, плюнуть на все и натворить пару-тройку глупостей.
В другое бы время, девушка бы порисовала, почитала или поиграла бы на арфе. Но ничего не хотелось. Это была не апатия, не депрессия, но что-то сродни. Ощущение бессмысленности происходящего, ощущение того, что все сделанное – ни к чему не приведет.
Хотелось если не понимания происходящего, то хотя бы определенности. А с определенностью проблемы были еще те.
Был Алхимик, от которого в любой момент следовало ждать начало гадостей – ведь Русалочку Самаэль выпил.
Был Самаэль, при взгляде на которого Деми хотелось побиться головой об стену.
Были Врата, которым грозило что-то, а что именно Деметра не знала – вначале надо было попасть по ту сторону Чертогов. А Врата отказались пропускать девушку, когда она оказалась перед ними.
