— Точно? Я бы пожила во дворце. И принцесса Жэнь очень даже симпатичная.
— Чжэнь, — поправил я. — Дворец мне обещали не за то, что я ее красоту оценю, а если она мастером станет до двадцати пяти лет.
— А у нее есть шанс? — взгляд стал еще более хитрым.
— Если хочешь, можешь уже начинать учить китайский, — в тон ей ответил я. — Как ты во дворце собралась жить, если он в Китае? Лучше скажите, как Наумовы? Алена, как вы добрались?
— Все хорошо. На следующее утро после тебя улетели. Помнишь ту одежду, в которой мы на приеме были? Нам ее подарили, и еще по четыре больших чемодана с нарядами. Там все традиционное и очень красивое. А еще Чжэнь мне заколку для волос красивую подарила. Золотую с зелеными камушками.
— Засыпали подарками, — улыбнулся я, обнимая Тасю. Жаль стол мешал посадить ее себе на колени. — Но свой я уже получил. А вещи — это такое, даже не второстепенное. И все дворцы мира туда же.
Я благодарно кивнул, когда Юй Фэйфэй налила нам чаю.
— Отправишь их в ваш дом? — спросила Тася. — Тот, который на средневековый замок похож.
— Нет, — я попытался изобразить коварство. — Хвастаться буду. И на нервы кое-кому капать. Это он меня уговаривал поехать в Китай. Уверял, что там столько всего интересного. Можно быстрее расти, изучить новые техники. Чтобы я еще раз в монастыри эти поехал, да ни в жизнь! Пока они там отель не построят, хотя бы на три звезды.
Тася все-таки перебралась ко мне на коленки, скинув обувь, чтобы удобнее устроиться на диване. Алена бросила на нас задумчивый взгляд, отодвинула тарелку с оставшимся бутербродом.
Пока мы ехали к институту я еще раз расспросил о второй по значимости новости, а именно о болезни императора. Со слов Таси, ни для кого не было секретом, что у Ивана Шестого слабое сердце. Какой-то порок, который не могли исправить врачи. Да и операции были не нужны, так как с подобным диагнозом доживали до ста лет. Разве что самочувствие ухудшалось, когда он много работал или нервничал. Может из-за этого характер у императора был таким, что он старался себя беречь. На мой взгляд, это его нисколько не оправдывало. Интересно, что новость о болезни просочилась в город очень тихо. Об этом старались не говорить ни в новостях, ни в интернете, но все знали, что император плохо себя чувствует. А вот то, что его здоровье в критическом состоянии ведали только главы нескольких приближенных к нему родов. С Наумовыми поделились Воронцовы. Сам великий князь Александр Николаевич приезжал в гости к Петру Сергеевичу, и они долго беседовали. Тася как раз была там в гостях и случайно его застала.
Император еще не умер, а интриги и разборки бояр уже нарастали как снежный ком. Следующим правителем должен стать пятнадцатилетний Николай и давление на него будут оказывать соответствующее, особенно со стороны родственников. Поэтому ректор МИБИ круглосуточно находился рядом с ним, не оставляя ни на пять минут. Были запрещены любые частные встречи и личные беседы. Хотите говорить с наследником, будьте добры сделать это в присутствии великого мастера, чье родовое имя Наумов. Скоро начнут роптать, что именно Наумовы оказывают на следующего правителя наибольшее влияние. А значит срочно нужно укреплять связи и искать сильных союзников, помимо младшего брата Ивана Шестого.
Желания влезать в эти разборки и борьбу за власть у меня не было, от слова «совсем». Нас вполне устраивало то, что есть на данный момент. Но глава рода может попытаться выжать из ситуации максимальную выгоду. Я, грешным делом подумал, что надо было нам к Дашковым пойти, но, как выяснилось, они тоже решили поучаствовать, хорошо хоть на нашей стороне. Прибавить к этому войну на востоке, конфликты на западе и то, что Российскую империю старательно выжимали из Африки. Эх, в веселые времена мы живем.
То же самое время, автобус, сестры Юй
Фэйфэй еще раз открыла жестяную баночку с чаем, принюхалась, протянула сестре.
— Это ужасный чай, — сказала она Фа Чжэну. — Недопустимо, чтобы господин Матчин с супругой пили подобное.
— Больше нет, — Юй Ми показала маленькую баночку из своих запасов. — Можно этот заварить крепче и сахару добавить.
— Нет! — категорически отрезала Фэйфэй, говоря при этом негромко, чтобы не мешать разговору за столом.
— Кузьма в чае разбирается как канарейка в колбасе, — хмыкнул Фа Чжэн за что заработал два взгляда рассерженных кошек. Примирительно поднял руки. — Мы почти приехали. Еще минут десять.
Сестры переглянулись и поспешили забрать со стола пустые чашки и тарелочку с оставшимся последним бутербродом. Долили немного кипятка в чайник с заваркой, разделили бутерброд пополам и пока чай заваривался, съели в пару укусов.
— У господина Матчина большой дом? — спросила Юй Ми.
— Большой. Четыре горничных, управляющий, садовник, все как положено. Только Кузьма там не живет. Он все время проводит в МИБИ, даже на съемной квартире появился всего два раза.
