Я долго падал в ледяную темноту, не чувствуя ничего, кроме холода и тяжести. Даже когда открыл глаза, чувство полета исчезло не сразу, но стало тепло и уютно. Немного порадовало, что за ночь сил я восстановил примерно столько же, сколько потратил вчера. С одной стороны — хорошо, что скорость восстановления увеличилась, а с другой — этого все равно слишком мало. В голове даже промелькнула мысль о незабываемом коктейле ректора. Мне даже почудился знакомый аромат ягод.
Послышался звук переставляемого стула.
— Доброе утро, — я открыл глаза, посмотрел на Лилию Карловну. — Добрались, значит, вчера…
— Доброе утро, — ответила она, слегка улыбнулась. — Добрались. Как самочувствие? Истощение сил еще никому не шло на пользу. Ты должен понимать, что это опасное состояние и не доводить до подобного.
Голос ее звучал укоризненно, как у учительницы, когда любая попытка оправдаться будет выглядеть глупо.
— Так получилось, — виновато сказал я.
— Понимаю, — она кивнула, протянула мне большую чайную кружку на пол-литра минимум. — Это лекарство.
Я принюхался к очень знакомому запаху черники. Вот, оказывается, откуда он мне мерещился.
— Иногда организм нужно стимулировать, — сказала она.
— Если у меня была хотя бы половина сил, я бы этого… негодяя в бараний рог свернул, — проворчал я, понимая, что бахвалиться силой после того, как сбежал с поля боя — не красит мужчину. Так говорит дядя Ринат. А еще было обидно сбежать от драки, даже не ударив противника ни разу.
Я приложился к кружке, делая большие глотки коктейля, кисельной консистенции. Если не думать о вкусе мыла, вполне даже неплохо, кисленько и немного сладко.
— Через полчаса завтрак, — сказала Лилия Карловна, забирая кружку. — И как раз Таисия приехала.
Я подождал, пока она выйдет из комнаты, затем сел на кровати, скрестив ноги, вздохнул поглубже и задержал ненадолго дыхание. В чем прелесть пить энергетики на голодный желудок, так это в том, что они начинают действовать практически сразу. В пустом внутреннем море сил словно шторм начался, принесший ливень. Можно почувствовать, как в желудке становится тепло, а затем по телу распространяются волны жара. Ладно, буду верить словам ректора, что раз в месяц эту химию можно принимать, не боясь последствий.
— Кузя, привет, — в комнату вошла Тася с большой дорожной сумкой. — Как здоровье, как настроение?
— Здоров и бодр, почти, — ответил я. — Вот, пытаюсь не предаваться унынию, думая, что не смог вчера раздать кое-кому на орехи.
— Кто-то обещал, что не будет покидать территорию МИБИ ближайший месяц и буквально на второй день убежал на свидание. Ты же еще не восстановился, ну как так можно?
— Ты мне скажи, как так вышло, что твой бывший коллега такое учудил?
— Действительно, странно, — сказала она. — Ты уверен, что Круглов убил Лену? Видел это собственными глазами?
— Если ставить вопрос так, то не видел. Только почувствовал, что он силу использовал и присутствие женщины сразу исчезло. Так бывает, только когда исподтишка бьют. А она довольно слабый мастер, можно убить с одного удара, особенно когда его не ждешь.
— Я до Лены не дозвонилась, но с полковником Дорошиным поговорила и сильно удивила. Он уверял, что отправлял Миронову на совершенно другое задание и Круглова никто не привлекал. Он в Санкт-Петербурге сейчас и вчера, говорят, был там же.
— Сразу скажу, обознаться не мог. Даже если бы он в противогазе был, его по отголоску силы узнать можно.
— Охрана дома, где живет Ульяна, уверяет, что мастеров из полиции не видела. Зато посмотрели, как ты с Ульяной в окно сиганул и умчался в неизвестном направлении. А когда в квартиру вошли, то обнаружили труп женщины, со свернутой шеей. Они сразу князю Воронцову позвонили, сказали, что ты набедокурил и девушку похитил. Придурки.
— Ага, — хмыкнул я. — А камеры? Там же наверняка десяток камер видеонаблюдения. И в подъезде, в том числе.
— Проверяют. Сегодня скажут, что было, — Тася открыла сумку и принялась выкладывать одежду.
— Очень интересно, — я задумался. — Слушай, надо бы за Ульяной присмотреть, как бы несчастный случай не произошел, как с нежелательным свидетелем.
— Ох, умный, — она потянулась, погладила по голове. — Оставь это тем, кто профессионально занимается расследованиям. Они умеют оценивать ситуацию с разных сторон и думать нестандартно.
— А ты что думаешь?
— Много всего. Но одна мысль покоя не дает. Лену не обязательно убили. Может, сейчас где-то держат. Переживаю я за нее, — она потянулась, коснулась моего лба. — Ты не заболел?
— Нет, просто энергетик выпил, отчего внутри все кипит. Да, хотел сказать о телефонах. Связь вчера очень не вовремя вышла из строя. Сначала у Ульяны, потом у меня.
— Это хорошая зацепка, — Тася кивнула. — Можно будет проверить по чьему сигналу оператор связи вас заглушил.
— Погуляли, называется… Знаешь, что самое неприятное, — я посмотрел на Тасю. — Когда Ульяна позвонила великому князю, он был уверен, что я ее похитил. И как мне показалось, ей не удалось его переубедить. Глупость какая-то. На кой ляд мне это нужно? Он меня что, за людоеда держит? Причем безумного и тупого.
